Страница 68 из 83
Я продолжил освобождать Питомник. Лис спрыгнул на линолеум, отряхнулся, словно только что вылез из песка, и сунул свой любопытный нос в щель под стеллажом. Там, видимо, ещё пахло Славиком.
Черныша я призвал прямо в руки. Малыш замурчал и потёрся головой о мой палец. Маруся ловко перемахнула с прилавка на верхнюю полку с кормами, привычно занимая высоту. Пых появился прямо возле миски и принялся набивать щёки элитным кормом для огненных грызунов.
Хамелеон возник на фоне зелёной упаковки «ВитаФауны» и мгновенно слился с ней, уйдя в профессиональный стелс. Блёстка синей искрой метнулась под потолок, оставляя за собой едва заметный золотистый шлейф от новых маховых перьев. Над самоконтролем придётся поработать. Нехорошо, если она кого-то усыпит случайно.
— Вольно, — скомандовал я. — А мне нужно проверить, как там наши птицы.
Я направился в подсобку. Едва открыл дверь, как мне в лицо пахнуло ощутимым холодком. Плохой знак, мать его.
В углу, в своём гнезде из стружки и соломы, сидела Ряба. Курочка выглядела как шар из бирюзово-фиолетовых перьев. Она максимально распушилась, создавая воздушную подушку для терморегуляции.
— Как жизнь, несушка? — вполголоса спросил я, проходя мимо.
— Ко-о, — недовольно и с лёгкой дрожью выдала она, пряча клюв глубже в перья на груди.
— Да, зябко здесь. Поищем виновника.
Источник аномального холода обнаружился быстро. Дверь в совмещённый санузел осталась приоткрытой, и по её косяку, словно мох, ползла пушистая белая изморозь.
Я потянул дверь. Представшее зрелище заставило меня остановиться на пороге и неторопливо, с чувством, выдохнуть сквозь зубы.
Между старой фаянсовой раковиной и стиральной машинкой, заняв почти всё свободное пространство на кафельном полу, высился настоящий ледяной грот. Толстые, полупрозрачные торосы льда отливали глубокой синевой. Вода в унитазе, судя по всему, промёрзла до самого стояка. На зеркале над раковиной образовался толстый слой инея, а с потолка свисали две вполне оформившиеся сосульки.
А внутри этого импровизированного филиала Антарктиды, уютно втиснувшись в ледяную нишу, спал Шкипер.
Ледяной Императорский Пингвин лежал на пузе, спрятав клюв под крыло, будто замёрз от собственной магии. Но это скорее дело привычки.
Его гладкое тело мерно вздымалось в такт дыханию. Вокруг него клубился морозный пар. Птице было жарко в условиях московской весны, да ещё в отапливаемом магазине, и, оставшись без моего контроля, Шкипер просто и элегантно решил проблему микроклимата, заморозив к чертям собачьим весь санузел.
Я покачал головой, прикрывая за собой дверь, чтобы холодом не так сильно тянуло к Рябе.
Нет, так не пойдёт. Одно дело — держать в магазине стайку хомяков, попугаев и даже мантикору, которая вполне комфортно чувствует себя при комнатной температуре. Но когда у тебя в арсенале появляются элитные звери с мощным стихийным фоном, обычные клетки и подсобки превращаются в мину замедленного действия. Сегодня он заморозил мне унитаз, а завтра Пых чихнёт и спалит склад.
Специфика бизнеса меняется прямо на глазах. Из захудалой лавочки «Лапа и Коготь» стремительно превращается в базу для высокоранговых монстров.
Я прислонился плечом к косяку, глядя на нахохлившуюся курицу. Магазин нужно расширять. Срочно. Выкупать соседние площади или строить новые пристройки на заднем дворе. Делать изолированные вольеры с магическим климат-контролем, укреплять стены рунами, ставить защиту от стихийных выбросов. Иначе мы тут либо все вымерзнем, либо взлетим на воздух.
Осталось только заработать на всё это деньги. Впрочем, проблемы нужно решать по мере их поступления. А сейчас у меня есть банка бесценного нектара, тринадцать птиц с неизученной магией и пингвин, которому пора объяснить правила проживания в коммуналке.
Утро четверга началось с прохлады и густого запаха мокрой земли. Ночью прошёл дождик. Я толкнул тяжёлую металлическую дверь чёрного хода и вышел на задний двор магазина.
Конец апреля в Москве — время обманчивое. Вроде и солнце уже пробивается сквозь утреннюю дымку, и почки на старых тополях за забором лопнули, выпустив клейкие зелёные язычки, но в густых тенях всё ещё прячется колючий холодок. Ну, не такой, как в моей ванной, но всё же.
Воздух был свежим, вкусным, без привычной дневной примеси выхлопных газов. Где-то в ветвях заливалась ранняя птаха, старательно игнорируя тот факт, что в километре отсюда находится аномалия и регулярно открываются магические Разломы. Природе наплевать на магию, у неё свой древний график.
Я поёжился, сунул руки в карманы куртки и направился к своему белому фургону «Форд Транзит».
Ежедневная рутина. Ритуал, который нельзя пропускать, даже если у тебя в санузле поселился ледяной император. Гача не ждёт.
Щёлкнул замком, распахнул задние дверцы. Внутри кузова пахло резиной и сыростью. Я забрался внутрь, нажал кнопку фонарика, заливая рифлёный пол холодным светом, и плотно прикрыл за собой створки. Полумрак фургона — идеальное место для сюрпризов Системы. Меньше свидетелей, меньше проблем.
— Призвать! — негромко скомандовал я в пустоту.
Пространство кузова на мгновение озарилось беззвучной белой вспышкой. Она ударила по глазам и погасла. Сначала я никого не заметил. Поводил фонарём из стороны в сторону, потом опустил луч вниз.
На металлическом полу сидел… тушканчик.
Крохотный, размером чуть больше крупной мыши. Передние лапки коротенькие, трогательно прижаты к груди, зато задние — мощные, длинные, как у миниатюрного кенгуру. И хвост. Длиннющий, лысоватый хвост, увенчанный на конце пушистой чёрно-белой кисточкой — «знаменем», которое служит балансиром при прыжках на сумасшедшей скорости.
Зверёк замер, превратившись в изваяние. Только длинные чувствительные усы подрагивали, изучая незнакомое пространство, да бока часто вздымались от учащённого сердцебиения. Перед глазами привычно развернулось полупрозрачное окно.
Вид: Большой тушканчик (Ранг F, Уровень 0)
Пол: Муж. Возраст: 1 год
Магические способности: Отсутствуют. Совсем. Даже не пытайтесь найти.
Примечание: После эпичных поющих кувшинок, золотых шмелей и ледяных пингвинов вам нужно немного заземлиться. Держите обычную прыгучую мышь. Не благодарите.
Я тихо хмыкнул. Система в своём репертуаре. Но F-ранг — это не приговор, а чистый лист.