Наследник $$$ уровня IV

Лунтик сидел к нам боком, почти не обращая внимания на окружающий грохот. Пальцы быстро бегали по клавиатуре. На мониторе сменяли друг друга строки кода, а рядом лежала исписанная мелким почерком стопка листов. Казалось, шум стройки существовал где-то в другой реальности и до него просто не доходил.

— Слишком хорош. Даже непонятно, почему он работает именно у нас, — поделился Матео. — Я спрашивал, даже позвонил на прежнее место работы. Узнал, что он просто встал в один день и ушёл. И больше его никто там не видел.

— Очевидно, он ушёл к нам, — кивнул я. — Главное, чтобы от нас он так не ушёл.

— Он гениален, — с оттенком зависти произнёс Матео. — Рождён с клавиатурой. Истории выйдут гораздо быстрее с его помощью. Он уже пишет внутрянку.

Лунтик словно почувствовал, что говорят о нём, на мгновение поднял голову, посмотрел в нашу сторону и снова вернулся к работе.

— Как идёт с геолокацией? — уточнил я.

— Ваша очередь, — пожал плечами Матео. — Надо договориться со спутниками. Но пока отлично работает ручное добавление геометок и определение по IP-адресу. Сейчас в рекламном кабинете и на фотографиях люди сами отмечают локацию согласно карте Валентии. Но вы, помнится, хотели добавить динамическое обновление, чтобы реклама показывалась пользователю точнее.

— Да, это важно, — кивнул я. — Гео — не вся реклама, но важная её часть.

Ресторану в Корсе не было смысла показывать объявление жителю Фаворы, который никогда не окажется поблизости. Чем точнее мы определим местоположение человека, тем ценнее станет рекламный кабинет для предпринимателей.

— Договоритесь со спутниками — мы сделаем, — заключил Матео.

Я вернулся в кабинет.

Задача была нетривиальной.

Спутники в Валентии существовали, геолокация работала, но пока оставалась уделом государства и крупных организаций. Первые коммерческие спутниковые приёмники использовали в авиации, морской навигации, геодезии и армии. Аппаратура стоила дорого, была громоздкой и требовала доступа к закрытой инфраструктуре.

Гражданский сектор страдал.

Обычный человек мог пользоваться картой, дорожными указателями и собственными глазами.

По сути, доступ к спутниковой системе даст мне возможность создать первый массовый навигатор в Валентии.

Сама Вида пока обойдётся и без спутников. Алгоритмы приблизительно понимают, где находится пользователь, по адресам сетей. Каждая точка подключения имеет собственный адрес и обменивается данными с другими узлами. Точности до конкретного дома это не давало, но определить город или район мы уже могли.

Для рекламы на первом этапе достаточно.

Именно поэтому связь с Габриэлем была так ценна.

Выход на автоконцерн позволял встроить навигатор в автомобиль. Собственную машину я быстро не создам, как ни крути. Поэтому придётся сначала испытывать технологии на готовом производстве.

Оснастить автомобили дэ Леонов навигационной системой — и вуаля, уникальное предложение для рынка.

Машина, которая показывает дорогу, предупреждает о поворотах и помогает найти нужный адрес, легко выделится на фоне конкурентов. Особенно если связать навигатор с Вифоном, картами и сетью заведений.

Позже я смогу предложить рынку Валентии многое из своей прошлой жизни. Сейчас местные автомобили были далеки от идеала: прожорливые двигатели, примитивная электроника, тяжёлые кузова и минимум удобств для водителя.

Но и я не чёртов автоконструктор, а всего лишь визионер.

Я знаю, что можно создать. Понимаю, какие решения изменят рынок. А воплощать их должны специалисты.

Моя ниша — телекоммуникации.

С их помощью компания «Вида» проникнет в любую отрасль и начнёт собирать деньги. Связь, реклама, навигация, платежи, торговля — всё постепенно соединится в единую систему. Главное, успеть занять позиции раньше, чем остальные поймут, к чему всё идёт.

— Я собрала нужную информацию, — сообщила Ева спустя полчаса. — Данные отправила по почте.

Она появилась в дверях так тихо, что я не сразу оторвался от размышлений.

Я открыл файл.

Отлично.

Рекламные заголовки, места размещения, события. Ева собрала двадцать основных каналов трафика. В документе лежали фотографии баннеров, газетные вырезки, расписание телевизионных роликов и даже примерные данные по охватам.

Похрустев пальцами, я залил в себя остатки остывшего кофе и принялся за маркетинг.

Увы и ах, пока за все промоакции в нашей компании отвечал только я.

Пора было заводить полноценный отдел маркетинга.

Тайрон

— Это вызывает резонанс, — сообщил глава маркетинга, сидя напротив владельца проекта. — Если мы начнём их душить, это вызовет ещё больший всплеск активности. Они явно обнародуют информацию.

Мужчина сидел на самом краю кресла, сохраняя прямую спину, но нервно теребил пальцами галстук. На столе перед ним лежала папка с отчётами, которую он уже несколько раз открывал и закрывал, словно надеялся обнаружить внутри более приятные цифры.

— Вида… — задумчиво произнёс Тайрон.

Настроение с утра было так себе.

За панорамными окнами сияла Фавора. Улицы уже заполнились машинами, над крышами поднималась лёгкая дымка, а солнечные лучи отражались от стёкол соседних башен. Обычно вид на деловой центр успокаивал Тайрона, напоминая о том, как много он контролирует.

Сегодня город будто насмехался над ним.

Вида ударила по маркетингу: сначала эта надпись в небе, вызвавшая немалый всплеск интереса, а затем и всё остальное.

Виктор недаром предупреждал, что начнёт действовать.

Нет, Тайрон и раньше полагал, что масштабная реклама Семвика неизбежно подействует и на конкурентов. Часть трафика должна была перейти к ним — это естественно. Люди вспоминают о социальных сетях, начинают обсуждать тему и проверяют доступные варианты.

Но он не ожидал, что Вида начнёт высасывать всё.

Семвик уже приближался к миллиону пользователей. Сегодня показатель должен был перевалить за девятьсот тысяч. Ещё недавно Вида оставалась далеко за бортом, постепенно теряя позиции, но теперь внезапно начала рваться вперёд, словно у компании открылось второе дыхание.

Вот уже сутки все медиа страны не затихали.