Три звезды Форгетона

ГЛАВА 17

За привычной работой время пролетело незаметно. Когда за большим окном начало темнеть, я просто сделала освещение на кухне чуть ярче. К тому моменту я успела понять, что Двайр все-таки полагался не только на мамину предусмотрительность. Но будить его не хотелось, поэтому я решила готовить на глаз.

На кухне оказалось много разных продуктов. Похоже, наш папа не спал гораздо больше, чем половину ночи. Впрочем, если он летал за провиантом сам, возможно, это заняло не так много времени. Но ведь нужно было все еще и разложить.

Судя по тому, что оказалось в холодильной нише, Двайр предусмотрительно набрал больше овощей и немного мяса. Десерт, очень похожий на желейный торт, я оставила там, где он и находился, а вот интересные фиолетовые стебли и очень похожие на персики шарики достала. На Форгетоне многое оказалось похожим на Землю — с поправкой на собственные оттенки цвета, конечно. Я отыскала и йогурт, и что-то, отдаленно напоминающее кусок сыра, и даже копченое мясо. Разложила, как считала нужным, и осталась довольна своей работой. Очистка поверхностей здесь тоже осуществлялась с помощью плавного движения по столу: активировались специальные индикаторы, которые поглощали крошки и отправляли в неведомый мне сборник где-то внизу.

Отчасти поэтому, скорее всего, мебель и монтировалась прямо в пол — чтобы оставалась связь с вот такими замысловатыми уборщиками.

Руки после работы я помыла с помощью парового душа у окна. Расставила приготовленное и уложенное в тарелки на большом прямоугольном столе. Вопрос вызывала только странная жидкость, по консистенции походящая скорее на кисель. Она находилась в герметичной емкости в холодильнике, больше напоминавшей бутылку, поэтому я подумала, что это может быть и специя, и все, что угодно. Я решила не трогать ее до появления Двайра.

Наш папа после этого не заставил себя ждать: пришел на кухню уже переодетым в брюки и свитер. Почти как на новый год, только по-форгетонски: здесь в моде были переливающиеся оттенки ткани, даже если из нее был сделан обычный коричневый джемпер.

— Ничего себе ты выдумала сочетания! — присвистнул он, разглядывая стол.

Такой же нежно-песочный, как и все вокруг.

— Вы не едите салаты? — насторожилась я, оглядывая порезанные фиолетовые стебли.

— Не ели до этого момента, — подняв палец вверх, поправил меня Двайр. — А теперь точно начнем! У нас как-то в моде больше раздельное питание.

— То-то вы все такие красивые и подтянутые, — проворчала я беззлобно.

— Ты так считаешь? — заиграл бровями Двайр.

— А то ты не в курсе!

— Я — нет. Но очень хочу быть.

— Тогда садись. И выкладывай, что ты планировал для нашего свидания.

— Так сразу и не расскажешь…

— Я все еще жду!

Двайр воровато осмотрелся по сторонам и, кажется, нашел, на что можно перевести мое внимание:

— А где сиарра?

— Си — что?

— М-м-м, все ясно. Сейчас покажу. Бокалы достала, а сиарру — нет.

Это пиалы он назвал бокалами, да? Какое интересное сравнение! Двайр, тем временем, поднялся из-за стола и отправился к холодильному отсеку. И достал оттуда…ту самую желейную бутылку, которую я побоялась брать!

— Вот это — сиарра, — гордо заявил он. — Форгетонский напиток, которому нет аналогов во всей Вселенной.

— Алкоголь? — прищурилась я.

Двайр покачал головой:

— Нет, что ты. Это вода из особого источника нашей планеты, обогащенная соками местных фруктов. Аугама придает ей некоторую вязкость, но самое интересное находится даже не в процессе дегустации. Самое интересное — это когда ты наливаешь сиарру в бокал.

— Ее надо наливать каким-то определенным образом?

— Нет. Смотри. Сейчас увидишь сама.

С этими словами Двайр подошел к столу, присев рядом со мной, и пододвинул одну из пиал ближе. На бутылке оказался потайной замок, который Двайр ловко поддел пальцем, после чего крышка с хлопком отошла вверх и оказалась на столе. Двайр взял пиалу, наклонив ее набок, и поднес к ней бутылку, начав наливать тонкой струей. Так, чтобы жидкость попадала на стенки, а не дно чаши. Именно тогда я и увидела то, о чем говорил Двайр.

И это оказалось потрясающе!

— На бокале особое напыление. Сиарра — это смесь различных соков, и каждый из них реагирует на поверхность бокала. Поэтому, когда мы наливаем ее, соки разделяются каждый по своей спирали, а затем закручиваются в водоворот и наполняют бокал.

— Невероятно… — призналась я.

— Это особенность нашего мира — подобное тянется к подобному. Животные любят положительный настрой. Форгетонцы чувствуют намерения друг друга, поэтому мы так не любим пересекаться где бы то ни было еще, кроме родной планеты.

— Почему? — удивилась я.

— Почти со стопроцентной гарантией будем кому-нибудь пудрить мозги, — фыркнул Двайр. — Поэтому стараемся не портить другим игры.

— Значит, ты и мне тоже пудрил мозги, да? — хихикнула я, продолжая наблюдать за тем, как Двайр наполняет пиалы.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице.

— Как вкусно пахнет от твоих салатов! — выдал он внезапно.

— Ну-ну, — хмыкнула я. — Тогда ешь. И посмотрим, изменится ли ваша мода на раздельное питание, начиная с одного отдельно взятого форгетонца.

Двайр явно почувствовал, что я его оговорку не забыла, поскольку нахваливал даже просто разложенные по тарелкам шарики. Я смотрела на это со скептической улыбкой, поскольку не испытывала бы ни капли огорчения, даже если мне пудрили мозг тогда, десять лет назад. Ну и совместное время с Двайром давно уже показало, как именно он ко мне относился.

Но подергать тигра за усы — это святая обязанность каждой женщины! Особенно когда тигр сыт и доволен. И я сейчас совсем не о еде!

Хотя ел он тоже с большим удовольствием. Но я списывала это на приятную компанию. Все-таки мы на свидание отправились, а не чтобы поесть. Да и на столе в основном находились закуски.

Когда Двайр утолил первый голод, то посмотрел на меня с хитрым прищуром:

— А знаешь, что? Я вспомнил. Я же захватил с Земли кое-что еще.

Он потянулся к заднему карману своих модных брюк и вытащил оттуда уже знакомый коммуникатор. А затем по кухне разлилась плавная мелодия песни из старого романтического фильма.

— Хотел, чтобы ты хоть немного чувствовала здесь атмосферу дома. Прочитал, что саундтреки к этой картине до сих пор пользуются популярностью.

— Сам прочитал? — подколола я его.