Страница 29 из 101
— В плохого я бы не влюбилась, — смеётся мамуля. — И мы познакомились в ветеринарном училище, на практике. Я видела, какой Дима в работе. Плохой человек может тянуться к животному, а вот животное никогда не будет тянуться к плохому человеку. Вот так, Саша.
— Спасибо за поддержку! — я как-то внутренне успокаиваюсь.
— Береги себя, моя девочка. У меня прием начинается…
— Да, я перезвоню… — прощаюсь.
Смахиваю в сторону совершенно ненужное мне сообщение от Ратмира, и, вдохновленная важным разговором, захожу в продуктовый супермаркет на первом этаже. Складываю в корзину стейки индейки, свежие овощи и спагетти из твердых сортов пшеницы. Оказалось, что рацион хоккеиста не сильно отличается от рациона теннисистки.
Ови, как всегда, встречает слишком эмоционально. Прижав его к груди, успокаиваю и начинаю подготовку к приезду Тайги. Не спеша готовлю незамысловатый ужин. Не скажу, что я отличный повар — мамуля меня разбаловала — но пожарить стейки на гриле несложно.
Когда заканчиваю, очерчиваю взглядом гостиную, задерживаясь на скульптурах. Какие они монументальные и красивые.
А потом иду к «хоккейному» уголку и перебираю перемотанные лентой клюшки. Бью по воротам. Промахиваюсь, конечно, отчего смеюсь и тут же вспоминаю про Жозефину.
Когда переодеваюсь в футболку «Родины», слышу, как поворачивается ключ в замочной скважине.
— Привет, — останавливаюсь в дверном проходе, пытаясь успокоиться.
Ноги снова отрываются от земли, когда я вижу знакомый черный пуховик и взъерошенные зимним ветром темные волосы. На красивом лице нет ни одной эмоции, но это только до тех пор, пока Ярослав не замечает мой наряд.
— Привет, — он удовлетворенно улыбается и жестом зовет меня к себе.
Преодолев пару метров, бросаюсь к нему на шею. Сильные руки подхватывают меня под ягодицами так, что приходится обвить бедра ногами.
Ови, надрываясь, тоже пытается залезть на Загорского. Подпрыгивает и скулит.
Прислонившись к холодному лицу, веду кончиком носа по колючей щеке. Все рецепторы вдруг оживают, возрождая в моей памяти обрывки нашего последнего вечера. Как Яр пахнет и какие вкусные его поцелуи.
Правда, эти обрывки тут же собираются в новые.
Жадные губы накрывают мой приоткрытый рот, и становится по-настоящему жарко. Я растворяюсь в этом откровении, осторожно отвечаю и прижимаюсь ещё отчаяннее.
Неожиданно Яр отклоняется и подхватывает Ови.
— Чтоб заткнулся, — хмуро оправдывается.
— Конечно-конечно, — я смеюсь, устраиваю наконец-то затихнувшего щенка между нами.
Теперь стоим втроем.
Он долго изучает мое лицо.
— Скучала, Учебник? — хрипло спрашивает.
И это прозвище кажется мне теперь таким милым.
Только моим.
— Да. Я… тебя ждала.
— Я вижу, — он опускает взгляд на футболку и снова смотрит за меня. — Чем это у нас пахнет?
— У-ужином.
— Ужином? — кажется, озадаченным.
— Я приготовила… Подумала, что ты приедешь голодным.
— Ты подумала, что я голодный и приготовила мне ужин? — его широкие брови взмывают ввысь.
— Да.
— И ты меня ждала?
— Д-да. Очень…. - смотрю в темно-зеленые глаза и спрыгиваю на пол, забирая с собой Ови. — Мой руки, пожалуйста. Я пока накрою на стол, — воодушевленно командую и ухожу.
Порхаю по кухне с посудой и приборами и не сразу замечаю, что Загорский проигнорировал ванную комнату. Он снял пуховик и, привалившись к косяку плечом, задумчиво наблюдает за мной.
Я нервно поправляю волосы и улыбаюсь мысли в духе «какой же он красивый».
— Хочешь… стейк? — взволнованно показываю ему тарелку, как трофей.
— Хочу… чтобы ты стала моей женой.