Страница 25 из 29
Глава 19
Света
Это уже ни в какие ворота!
Не собираюсь терпеть такое отношение к себе.
– Я вам не прислуга, чтобы кофе носить! – высказываю я.
– Да! – держа меня за руку восклицает Мила. – Ничегошеньки не сделали, даже ни одного цветочка не полили, а ей кофе подавать?! Вот еще!
Моя дочка, когда видит какую-нибудь несправедливость, особенно по отношению ко мне, сразу становится резкой.
– Ты как со мной разговариваешь? – наезжает на меня незваная гостья, что считает себя тут хозяйкой. – Совсем оборзела? Сейчас мигом отсюда вылетишь! Можешь уже собирать свои вещи.
– Мда, – хмыкает Алла Викторовна, явно получая от происходящего удовольствие. – Ну и дамочка. Не зря тебя на постоянную к нам не взяли. Расскажу Наталье Павловне об этом инциденте. А то жаловалось, что ее заставляют самую нормальную работницу увольнять.
Что?! О чем она? Что значит – заставили уволить?
Заявление начальницы Миши меня ставит в ступор. Даже забываю, что собиралась ответить незваной гостье.
– Так, мне все ясно, – эта гостья складывает руки на груди, поджимает от недовольства губы и приказывает мне, указывая пальцем на дверь. – Вон из этого дома! И малолетнюю грубиянку не забудь забрать. Я все Глебу расскажу. Все как было. А вы, гости дорогие…
Дальше обращает к Мише и Алле Викторовне, на меня же больше не смотрит.
– А вы проходите на террасу. Там все приготовлено. Моего дорогого Глеба пока нет, но он, уверена, скоро приедет.
И вся троица отворачивается от меня, напоследок бросив презрительные и высокомерные взгляды. Даже Миша. Хотя, это я должна как минимум так вести себя с ним, за то, что он сделал.
В этот момент, пространство разрезает властный и уверенный мужской голос:
– Это кто такой смелый, что решил распоряжаться в моем доме?
И столько угрозы в голосе, столько леденящего мороза, что мне самой становится страшно. Хоть и обращаются не ко мне.
В дверях застывает Глеб.
Взгляд его, бросаемый на гостью и Мишу с Аллой Викторовной не просто недовольный, а убийственный.
Хочется поежиться и вжаться в стенку.
– Ой, Глеб! – тут же на лице девушки расцветает приторно сладкая улыбка. – А мы тут тебя ждем не дождемся.
– Вопрос был в другом, – отрезает Глеб, мрачно глядя на гостью и делая шаг вперед.
– Ну, Глеб, ты бы видел, как она себя вела! – взрывается девушка, указывая на меня и жалуясь. – Знаешь, сколько раз я приказывала ей кофе сделать? И знаешь, сколько раз она выполнила приказ? Ни-од-но-го!
Не знаю, чего она хотела добиться этой речью, но Глеб остается невозмутим.
– Ты почему позволяешь себе в моем доме что-то приказывать моим гостям? Распоряжаться, кому и куда идти? И что вообще тут забыла? Тебя никто не приглашал, – ощущение, словно немного не хватает, чтобы мужской голос превратился в грозный угрожающий рык.
– Но Глеб… – хлопает глазами девушка от непонимания и страха.
– Я не собираюсь тратить свое время и тебе что-то объяснять. Позже, обязательно спрошу с тебя за то, что ты тут устроила. А сейчас свали. И быстро! – командует он гостье тоном, не терпящим возражений.
Девушка, вжимая голову в плечи и боязливо поглядывая на Глеба, спешно сбегает. А парочка – Миша и Алла Викторовна, как-то совсем притихает, и старается быть незаметнее. Проняло их знатно. Да и мне самой видеть Глеба таким страшно.
Из всех нас только Мила стоит с довольным и сияющим от радости личиком. Смотрит на нашего защитника с обожанием.
Не знаю, кем незваная гостья приходится Глебу, но я рада, что он поставил ее на место. Снова заступился за меня.
Тут в дверях появляется еще один мужчина. Ростом с Глеба. Того же примерно возраста. И схожего телосложения.
– Похоже, я пропустил самое интересное? – спрашивает он.
– Самое интересное сейчас начнется, – сообщает ему Глеб, мрачно поглядывая на Мишу и Аллу Викторовну.
– Ну-ка, удиви, – предлагает гость.
– Хочу представить тебе людей, что хотели заполучить наши инвестиции и контракт, – Глеб указывает на Мишу и Аллу Викторовну.
– Мне их представлять не нужно, – хмурится мужчина. – Я сам их тебе представлял.
– Ты не понял, Влад, – хмыкает Глеб. А я теперь знаю имя гостя. – Я представлю их с совершенно другой стороны.
– Это как-то связано с молодой девушкой и ребенком, что ты неожиданно приютил? – прищуривается Влад.
Миша, похоже, что-то начинает подозревать. У него всегда некое чутье срабатывает на неприятности.
Вот и пытается оправдать себя заранее:
– Я ничего такого не делал, – тут же заявляет он. – Мы просто расстались.
– Ничего такого? – Глеб, зло щурясь, придвигается к Мише.
Тот отшатывается от страха.
– То есть ты, соплежуй, скинул огромный кредит на плечи безработной заболевшей девушки с малолетним ребенком, забрал ее тачку, оставил без крыши, и свалил в закат с другой бабой?
– Но тачка моя…
– Ты тут со мной спорить вздумал?!
Мне кажется даже стекла задрожали в доме.
– И ты не возражаешь против остального сказанного? Значит признаешь, что намеренно, зная, в каком состоянии девушка, после обещаний ее поддерживать, обманом заставил взять огромный кредит…
С каждым новым словом Миша все сильнее мрачнеет и съеживается под взглядом Глеба. А тот все распаляется.
Непривычно видеть его таким злым. Наверно, не будь рядом Милы, Глеб набросился бы на Мишу.
В душе разливается тепло. Глеб снова вступается за меня. Человек, который, грубо говоря, видит всего второй раз в жизни. Я его почти не знаю, а он меня спасает и заступается в которой раз.
– Вообще-то, – решает вставить слово Алла Викторовна, – Света квартиры сама себя лишила, когда подожгла и сбежала. Теперь ее ищут за поджог.
Что?!