Страница 28 из 68
Максим сделал глоток только что принесенного официанткой напитка и взглянул на Руслана, который сидел рядом, увлеченный перепиской. По глупой улыбке было несложно догадаться, кому он писал.
Молча потягивая напиток, Максим не стал отвлекать друга. Последний заметил возникшую неловкость, смущенно убрал телефон и встретился взглядом с хладнокровным товарищем.
– Что? Что не так?
– Почему ты решил, что что-то не так? – приподнял брови голубоглазый брюнет.
– Мы знакомы с семи лет. Я могу читать тебя, как книгу. Давай, выкладывай.
Руслан, с которым Максим Богородский вырос, был его самым близким другом.
В последнее время он не слышал о каких-либо серьезных проблемах в компании.
Если это не связано с работой, значит, дело было личным.
Что могло так сильно беспокоить Макса? Друг всегда был уравновешенным и ответственным и редко совершал необдуманные поступки. К подобным крайним мерам, вроде того, чтобы вызвать его посреди ночи и вытащить из постели ради встречи в пустом баре, он прибегал только в случае сильного давления или при столкновении с неразрешимой проблемой.
Фыркнув, Руслан потянулся к бутылке, наполняя свой бокал. Максим не ответил. Он смотрел куда-то вдаль, на его обычно ледяном лице читалась редкая уязвимость.
– Знаешь, как трудно было мне получить у Даши разрешение? Если я не вернусь в течении часа…
– Что тогда? – Максим посмотрел на Руслана, в его глазах мелькнуло любопытство. Мир женатых для холостяков всегда загадка.
Максим знал Дашу весьма поверхностно. Рыжеволосая, миниатюрная, довольно милая девушка. Слишком болтливая, непостоянная и энергичная, на его взгляд.
Его другу, типичному домоседу и интроверту, казалось, такая девушка не совсем подходила. Рано или поздно эта история подошла бы к логичному завершению. Но Максим ошибался. Он лично не видел в Даше ничего привлекательного, но даже спустя столько лет Руслан был от нее без ума. А ведь они совершенно разные.
– Я буду мертв, – сказал шатен. – Ну так что происходит?
Годы дружбы породили между ними молчаливое взаимопонимание. Друг не ответил, но его собутыльник уже сделал вывод.
– Женщина? – предположил Руслан.
Максим удрученно вздохнул.
– Кто? – заинтересовался личной жизнью хладнокровного приятеля Руслан. – Лариса? Но между вами не было ничего серьезного.
– Мы были помолвлены. Почти поженились.
Руслан опустошил бокал и поморщился:
– Ты получил проект. Все шло хорошо. Позиция компании на рынке укрепилась, акционеры притихли, но твой дядя снова начал баламутить воду. Семейка у вас конечно…Похищение, покушение на убийство, жестко просто. Хотя, моя родня ненамного лучше... Так на чем я остановился? А точно! Ты договорился с отцом Ларисы и выиграл время – зять бывшего мафиози никто не посмеет тронуть – скупил акции и умудрился подбить клинья к тому неприступному старику из совета, если дело дойдет до голосования даже с акциями твоего деда, дядюшка Анатолий будет в меньшинстве…Поэтому не говори мне о том, что у вас с Ларой было что-то серьезное. Она, кстати, уже загорает где-то на яхте со своим гуру по осознанному дыханию...Черт бы его знал, что это за ересь.
Закончив, Руслан довольный собой откинулся на спинку дивана и приподнял брови.
Максим прикрыл глаза на мгновение, словно борясь с подступающей головной болью и залпом опрокинул в себя еще одну порцию сорокаградусного односолодового напитка.
– Вечно из тебя все приходится щипцами тянуть, – вздохнул шатен, взвешивая свою густую шевелюру татуированной рукой. – Хорошо. Метод исключения. Другая важная женщина в твоей жизни, дай-ка подумать…И как я про нее мог забыть! Как дела у тети Веры?
Максим поморщился:
– У моей матери все замечательно. Она с мужем и Софьей улетели восвояси, учебный год там начинается даже раньше нашего. Дед снова в депрессии. Каждый год одно и то же, когда лето заканчивается, пора уже привыкнуть.
– Еще бы! Любимая дочь с новым зятем и внучкой живут за тридевять земель, непутевый сын даже в предпенсионном возрасте не может угомониться, а единственный, кому можно было оставить бразды правления компанией, способный и талантливый первый зять…Кхм…Пусть земля ему будет пухом.
Руслан опасливо покосился на друга. Трагедия семьи Богородских пятнадцатилетней давности широко освещалась в тот год в СМИ. Уснувший за рулем водитель фуры, ночь, гроза, смятая словно шарик из фольги иномарка элитного класса и выживший чудом подросток…
– Твоего деда тоже можно понять. Человек, дожив до таких лет, становится сентиментальным и мнительным. Он не хочет больше терять родных. Назначить тебя официальным преемником – все равно что обидеть и отвадить от себя родного сына. А передать трон ему – вынести компании, детищу, на которое он жизнь положил, смертный приговор.
Дядюшка Макса обладал недюжинными амбициями и обратно пропорциональным жажде власти отсутствием всякого таланта к ведению бизнеса. Руслан был готов руку на отсечение дать, если Анатолий Павлович встанет у руля, через пару лет переживающий при Максиме расцвет «ОлимпСтройИнвест» объявит себя банкротом.
Руслан помедлил, налил себе еще и залпом выпил.
Его телефон завибрировал. Сообщение от любимой жены. Он улыбнулся и ответил голосовым сообщением: «Хорошо, не жди, ложись спать. Сладких снов, люблю вас».
– Дали вольную? – усмехнулся Максим, выливая остатки из бутылки в свой стакан.
– Так точно! Свободен хоть до утра, не отвертишься. Но буду должен. На следующей неделе у Дашиной одногруппницы девичник, ночь в компании с лысым мужчиной целиком на мне.
Максим рассмеялся.
– Как дела у Артура Руслановича?
– Полезли зубы. Орёт нещадно. Таковы уж тяготы взросления, ничего не поделать, – молодой отец жаловался, но не мог сдержать гордой улыбки.
Друзья чокнулись бокалами.
Максим порадовался за друга. Руслан был первым среди его друзей-ровесников, кто обзавелся женой и ребенком. Пока остальные прожигали молодость в клубах или были заняты вопросами перенятия бизнеса у старшего поколения, он брал от жизни самое лучшее, с радостью неся обязанности примерного семьянина и родителя.
Правда, встретиться с Русланом становилось все сложнее. Вытащить семейного мужчину в выходные сродни одному из двенадцати подвигов Геракла.