Страница 204 из 300
– Что ты, разве я предательница? – смешно возмутилась бабушка. – Я сделала все, что могла, привела убедительные доводы, сказала, что ты добрая отзывчивая девочка, преданная, с хорошим ясным умом, что ты еще очень молода, характер у тебя не сформировался, что ты одумаешься, наконец.
– Что говорил он? – вспыхнула Женя.
– Он выслушал меня очень спокойно, не перебивая, видно, остыл и подумал хорошенько.
– И что? – подскочила на стуле Женя.
Надежда Николаевна тяжко вздохнула.
– Он сказал, ничего не вернешь, не склеишь разбитую посуду. Что характер у тебя вполне сформировался, препаршивый, вздорный характер.
– Так сказал? – горестно воскликнула Женя.
– Да. Тут я последний аргумент привела: ты практически росла без родителей, отцу мало было до тебя дела, мать – пустое место, что ты для меня всё на свете и я хочу видеть тебя счастливой. Значит, не подействовало…
– Скорее, наоборот, решил – я из черт-те какой семьи! Меня никто не воспитывал! Удружила ты! Для этого не стоило ехать, – наливалась злостью Женя.
– Женечка, послушай меня, – Надежда Николаевна прижала ее к груди. – Насильно мил не будешь. Прошло у него к тебе, так я поняла. Конечно, быстро что-то. Женечка, не идеализируй его, конечно, вы не пара, ему сорок, а тебе сколько? Совсем ничего. Когда человек в его возрасте так безответственен и эгоистичен… Почему он не хотел, чтобы ты оставила ребенка? Категорически! Как он на тебя надавил, что бросит. А в конце концов что получилось?
– Да я люблю его! Я так никого не полюблю! – выкрикнула Женя, задыхаясь. – Я ему уже все простила. Без него у меня не будет никакой жизни!
– Глупости, еще какая будет жизнь, ты только потерпи, думай головой. Вспомни, как хорошо мы жили с тобой, душа в душу, и сейчас так будет, и никто нам не нужен…
Женя содрогнулась – нет, это не были слова утешения, бабушке действительно никто не был нужен подле внучки, которую она так ненормально, беззаветно любила. И ужас безысходности холодом полоснул Женю.