Страница 206 из 302
Часть 2. Василий
Как вернулся домой и провалился в сон, я вообще не запомнил. Хотел поужинать вместе с сестрой, но усталость оказалась сильнее – я повалился на кровать, не переодеваясь. Всего-то на пятнадцать минут, хоть немного прийти в себя.
Тепло и сонное оцепенение окутали с ног до головы. Последним, что я услышал, была Надя, которая аккуратно приоткрыла дверь, на цыпочках вошла в спальню, укрыла меня пледом и вышла, погасив свет.
Я подозревал, что почти бессонная ночь и все произошедшее за день принесут с собой только кошмары, но снилась мне не Дворцовая площадь, не разрушенная колонна, не полеты на грифонах и темные дворы-колодцы.
Снилось отчего-то кладбище. Старое лютеранское – я понял это по обветшалым склепам и обилию покрытых мхом статуй за покосившимися оградами. На высоких, полуобвалившихся ступеньках опорной стены сидела Кшесинская – в легком фатиновом платье, похожая на невесту. Матильда обмахивалась веером и глядела в сторону, но, услышав или, вероятно, почуяв мои шаги, встрепенулась, подняла голову.
– Я думала, не придешь, – сказала она.
– Не рановато мне? – почему-то совсем без страха спросил я.
Балерина усмехнулась:
– Не шути так. Знала я таких. Шутников.
– Тогда зачем мы здесь?
Плечи Кшесинской дрогнули, но та не выдала смятения. Улыбнулась с обманчивой непринужденностью.
– Я не знаю. Это ж твой сон. Если скажешь показать, я покажу. Хочешь?
– Хочу, – кивнул я.
– Пошли.
Не оборачиваясь, она обеими руками сгребла подол платья и нервно засеменила по тропинке вглубь заросшей территории. Я поспешил следом. Клейкая весенняя грязь чавкала под ногами и липла к ботинкам. Каменная кладка дорожки вспучилась и перекосилась, точно кто-то или же что-то напирал на нее из-под земли, норовя прорваться в верхний мир.
Кшесинская остановилась неподалеку от темного гранитного надгробия. Оглянулась бегло, подождала, пока я подойду. На неровной площадке, заваливаясь в разные стороны, торчали из земли несколько памятников где с немецкими, где с русскими надписями, но тот, у которого замерла Кшесинская, был больше и внушительнее остальных.
Издалека он напоминал большой обеденный стол с плоским изображением креста на верхней грани. Или суровый алтарь, на котором проводят языческие жертвоприношения.
Матильда жестом подозвала меня поближе и протерла рукавом табличку на боковой части надгробия. Я увидел лапчатый крест и полустертое имя рядом: Александр Васильевич П…
– Смотри, – сказала Кшесинская из-за плеча.
Я смотрел, но не замечал ничего странного. Разве что… вместо даты рождения и смерти на гранитном памятнике были выбиты странные цифры. Они сливались друг с другом в нечитаемой последовательности. И, как часто бывает во снах, я не мог различить их как следует.
– Смотри внимательно, – назидательно повторила Кшесинская.
И в этот момент я проснулся.
В комнату лился рассеянный солнечный свет, с кухни доносилась болтовня телевизора и гул кофемашины. Молотыми зернами и теплым хлебом пахло одуряюще. Было часов десять, по ощущениям. Я встал и, потянувшись, побрел навстречу многообещающим ароматам.
– Ты что-то вкрай обнаглел, братец, – приветствовала меня Надежда, жарившая тосты с сыром на допотопной вафельнице. – Скоро потребуешь завтрак в постель. А ужин, кстати, так и остался нетронутым.
– Извини.
Я обнял ее, и Надя мгновенно оттаяла. Шлепнула меня по спине кухонным полотенцем, ткнула пальцем в ребра:
– У, жердина. Ветром еще не сносит? Садись.
Я уселся на угловой диван, придвинул чашку с кофе и почувствовал, что оживаю. Нет, ну какие же чудеса, однако, способны сделать с человеком десять часов здорового сна, солнце и кофе.
Рядом с Надиным стулом стоял раскрытый ноутбук. Из него, вдобавок к телевизору, звучала мелодичная песня. Я глянул в экран. Оставленная вкладка сообщала что-то про «10 известных легенд Санкт-Петербурга».
– Решила подтянуть знания. А то после вчерашнего разговора чувствую: базы мне не хватает.
– Думаешь, это надежный источник? – с сомнением отозвался я, пролистывая к названию сайта.
На глаза попался любопытный абзац:
«Астрологи считают, что мистика заключена уже в длине Литейного моста, точнее в ее числовом выражении – 396 метров. Если сложить эти цифры особым нумерологическим способом, то в сумме мы получим число 9. Это число соответствует планете Нептун, отвечающей за тайны, мистику, все иррациональное, интуицию. А в мифологии Нептун – это царь водной стихии…»
[84]
[Блог pantv на livejournal.com.]
– Не удивлюсь, если сам ваш Институт слухи и распускает. Для отвода глаз, мол, я не я, и хата, то есть, простите, информация, не моя. Если люди начнут что-то замечать, это даже умно. Типа начитались сказок, вот вам и мерещится абы что.
– Согласен.
– То-то же.
Надя плюхнулась на стул, подвернув под себя ногу, заграбастала чашку и шумно отхлебнула кофе, лицом при этом выражая полное наслаждение утром, и завтраком, и своим занятием. Отобрала у меня ноутбук, но читать дальше не стала, захлопнула и отодвинула в сторону.
– Нашли что-нибудь? – с надеждой спросила она.
Я покачал головой. Утреннее благостное настроение как рукой сняло. Я вспомнил сразу все, что происходило вчера.
– А новости читал?
– Лучше не стоит.
– И правильно. – Сестра вздохнула. – Какие сегодня планы?
– Надо прогуляться кое-куда. – Я подумал о работе, про которую совсем забыл в последние три дня, и о лаборатории НИИ ГИИС. Нужно заглянуть к Леониду. Может, хоть ему удалось расшифровать бумаги из Адмиралтейства. – А ты?
– Я, – Надя покачала головой, сдула с лица упавшую прядь волос, – в универ. Отрабатывать пропуск. Иначе капец мне, а не зачет по микре.
– Универ в субботу? – удивился я.
– И завтра тоже. А что поделать? Еще коллок в понедельник сдавать, – дернула плечами сестра, как бы давая понять: мне тоже не нравится, но не я решаю, давай закроем тему. – Через полчаса выхожу. Так что пойду собираться. И… – Она тронула меня за руку. – Я в тебя верю. Ты все разгадаешь.
«Спасибо», – хотел сказать я, но сестра уже снялась с места и юркнула в коридор. Хлопнула дверь ее комнаты. Через минуту оттуда послышалась новая бодрая музыка.
Я допил кофе и принялся жевать сырные тосты, поглядывая в окно, где плескал в мутное стекло удивительно жизнерадостный, по сравнению со вчерашним, солнечный свет.
* * *