Страница 57 из 152
Глава 19. Демоны в ночи
Алексис
Сердце екнуло.
Была лишь одна причина, почему я не разговаривала с Патро и Ахиллесом, и она была связана с
предательством
высшей категории.
Если отвлечься на секунду от детской травмы отвержения, оставлять человека наедине с мутировавшими монстрами было крайне непрофессионально даже для членов культа.
В наши дни люди совершенно разучились следовать стандартам.
Тук.
Тук.
Тук.
Чарли на полу зафырчал и заворочался в своей куче розового постельного белья.
– Перестань, – как можно тише прошептала я. – Люди
отдыхают
.
Елена пробормотала в подушку, бессознательно потянувшись к ослепительно-розовому пистолету компании «Беретта» на прикроватном столике.
Она же не застрелит меня во сне, правда?
– Мне все равно. Выходи… или я всех разбужу, – холодно пригрозил Патро по ту сторону двери. – Сейчас же.
Он снова постучал. На этот раз громче.
Елена села, подняла пистолет в воздух – да, все еще с закрытыми глазами – и сняла его с предохранителя.
Побледнев, я тихонько встала с кровати.
Поко проснулся и сонно заверещал. Он вскарабкался мне на плечо, пока я доставала храпящую Никс из-под подушки и накручивала ее вокруг своей шеи.
– Иди спать, тупая корова, – прошипела она мне.
Ад на полу навострил уши.
Бормоча во сне, Елена принялась размахивать заряженным пистолетом и в итоге направила его мне прямо в лоб.
О, замечательно.
Я отступила к двери, на носочках обогнув спавшего на полу Чарли.
Рядом с ним Пушистик-младший скулил во сне, а большой горб на его спине… подрагивал?
Я наклонилась, чтобы рассмотреть поближе.
Патро резко постучал.
– Алексис, ты идешь или нет? – требовал он высокомерным и надменным тоном.
Я скучаю по временам, когда он лежал без сознания с переломанной шеей.
Елена направила беретту на дверь, а затем снова на меня. По-видимому, ее спящее «я» решило, что я представляю большую угрозу.
Немного польщенная, но по большей части опасаясь стать жертвой неминуемого дружественного огня, я выскользнула в освещенный свечами коридор вместе с Адом, который шел за мной по пятам.
Дверь со скрипом закрылась за нашими спинами, и я уткнулась носом в неопознанную массу.
Я медленно подняла взгляд.
Руки скрещены на груди, зажженная сигарета торчит между решетками маски. Ахиллес стоял впритык к двери, преграждая мне путь.
Я пристально смотрела на него и ждала.
Никто из нас не двигался.
Мои легкие превратились в камень.
Титаны визжали, когти рвали мне позвоночник, люди рыдали, кровь залила все вокруг, я лечу ввысь над городом, Domus.
Даже спустя несколько недель непередаваемый ужас горечью отдавал во рту. Я понимала, почему Ахиллес так поступил, но то, что за все это время он даже не потрудился извиниться, выводило меня из себя. А ведь он знал, что я пойму язык жестов. Он вел себя так, словно злился на меня.
Во время тренировок я постоянно ловила на себе его полный отвращения взгляд, который он потом переводил на Патро.
– О-отойди, – прошептала я.
У моих ног раздался злобный рык: Ад уперся костлявым боком мне в колено, готовый меня защищать.
Ахиллес не сдвинулся с места.
Горячее негодование нарастало.
– Да пошел ты, – вывели мои пальцы, прежде чем я успела задуматься.
Он вздрогнул, в глазах вспыхнули огоньки, затем он поднял руки – я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться.
Ахиллес наклонился ко мне, и температура резко повысилась.
– Ты
должна была
сказать мне, что знаешь язык жестов, – с нарочитым обвинением в движениях вывел он.
Запахло паленым.
– А ты, – медленно жестикулировала я, – не должен был
бросать
меня умирать.
Ахиллес вздрогнул. Его руки сжались в кулаки, защелкали суставы.
Он и не думал извиняться.
– Отвали от меня, на хрен, – резко прожестикулировала я. –
Сейчас же
.
Ахиллес заиграл желваками, скрипя кожей маски, и шагнул в сторону, открывая моему взору Патро.
Свет свечей мерцал на его точеном идеальном лице. Глаза казались поразительно яркими в полумраке коридора.
– Какого ч-черта тебе нужно? – прошептала я, сильно встревоженная своим противостоянием с Ахиллесом.
Патро вздернул бровь. Безупречно выглаженные брюки и рубашка, идеально уложенные волосы – он был живым воплощением комплекса превосходства.
– Мы пытались поговорить с тобой наедине, – медленно сказал Патро. – Но в последнее время возможность не подворачивалась. Особенно из-за Харона по ночам.
А при чем тут Харон?
Я покачала головой и сосредоточилась на насущной проблеме: Патро.
–
Что
тебе надо? – спросила я.
Патро скривил губы, оглядывая меня с ног до головы.
Печально известный брачный подарок – огромная толстовка Харона с изображением скелета, которую я отказалась возвращать и с удовольствием носила, потому что в ней было безумно уютно, – свисал до колен, мраморный пол холодил мои босые ноги.
– Милая шапочка, – усмехнулся Патро.
Поко зашипел, сидя у меня на макушке. Тяжелый, пушистый и теплый.
Патро пробормотал что-то о том, что я «выгляжу нелепо и меня невозможно воспринимать всерьез».
Я развернулась, чтобы вернуться в комнату, но Ахиллес преградил мне путь.
Снова.
Поко нервно царапнул меня по голове, и по спине побежали опасливые мурашки.
– Подожди. – Патро схватил меня за руку и развернул к себе. –
Пожалуйста
, мы хотим извиниться… за Рим. – Он умоляюще посмотрел на меня.
Глубоко вздохнув, я встретилась с ним взглядом.
– Ахиллес выбрал бы тебя в любом случае.
Это была правда.
Патро провел руками по лицу.
– Нет, – сказал он. – Все… не так. – «ЛОЖЬ» красовалась на его пальцах. Он отвел взгляд.
– Дело сделано, – сказала я. – Я больше не хочу об этом говорить.
Нам больше не о чем говорить.
Патро опустил руки.
– Оставь меня в покое.
– Я не могу, – прошептал Патро, словно ему было жаль.
Я отступила и уперлась в неподвижную грудь Ахиллеса.
Испуганно обернувшись, я силилась вдохнуть.
Ахиллес примирительно поднял руки в воздух, словно увидел пугливого зверька, и встал рядом с Патро.
– Наше изначальное предложение остается в силе, – жестами показал Ахиллес, дым от горящей сигареты клубился вокруг его лица.