Страница 72 из 73
Дракон перешел от защиты к нападению, давя лапами окоченелых мертвых бойцов, и живых тоже. Последним из отряда погиб Росси. Я остался один. Точнее, с довольно бодрым пока Люцифером и все еще активной Эги, однако… Однако этого не просто мало — ничтожно мало. Я попытался построить портал в Убежище, но каст не пошел. А стоило ли ждать другого? Если из зоны нет выхода, то это и значит — нет выхода.
Дракон с глухим ревом оглядел опустевшее поле боя. Но почему-то не поспешил нас уничтожить. Он замер, пристально глядя мне в глаза. Словно предлагал короткое перемирие — непонятно зачем. Конечно, не для того, чтобы перевести дух и взамен дать такую же возможность нам. Мы в этом нуждались. Он — нет.
Люц остановился. Я волей-неволей тоже, поскольку сидел на нем. Эгида прекратила нападать и попятилась. Она отступала, пока не оказалась рядом с нами. Теперь дракон точно мог бы угробить всех одним махом. Однако он все еще медлил. Затем изогнул шею, наклоняя голову, так что она оказалась прямо напротив меня, всего в дюжине шагов.
— Ты храбро бился, — промолвил он рокочущим басом, в который странным образом вплетались звенящие «стеклянные» нотки. — Ты единственный уцелел. Ты не боишься меня, и мне это нравится.
Его дыхание даже при простом произнесении слов порождало такие потоки жгучего холода, что я поспешил поставить между нами магический щит. Если бы дракон не приоткрывал, а полностью открыл пасть, я мог бы въехать в нее верхом. Сияние материнской стихии многократно отражалось и преломлялось в граненых кусках льда, делая их похожими на огромные бледно-голубые бриллианты. Грандиозное существо, совершенно несравненное!
— Ты не боишься меня, — повторил дракон. — Как и твой конь, и твоя львица. Ты не обычный воин. Не такой, как те, что погибли. Они тоже бились храбро. Но в тебе я чувствую душу, подобную своей.
«Мне это знакомо», — подумал я, вспоминая того крысоволка, который спасся вместе с нами от палящего рассвета — давным-давно, в первой зоне, в которую мы Люцем угодили в Гинкмаре. Тогда я тоже ни с того ни с сего почувствовал родство со случайным монстром, который ко мне никакого отношения не имел.
— Моя душа не такая, как твоя, — сказал я. — Но ты прав, мы в чем-то похожи. Ты порожден зоной инферно, которой раньше не было. Сперва зон вовсе не существовало, если я верно помню то, что написано в Книге Творения. Они появились позже — потому, что Создатель многого не предусмотрел, а многое другое намеренно оставил на произвол обитателей вселенной. Если б не это, не появился бы и ты. А я перенесся сюда из другого мира в результате ошибки великого мага, по недосмотру Демиургов, благодаря невероятно редкому стечению обстоятельств из числа тех, что допускаются законами Большой Вселенной, включающей в себя и мой мир, и твой… Впрочем, детали не важны. Просто мы оба оказались здесь случайно.
— Я не порожден зоной! — возразил дракон. — Я и есть зона! Ее воплощение! Сегодня я — лютая зима. А завтра стану чем-то еще. Я напал на вас для того, чтобы славные воины и маги не замерзали медленно в дороге самым жалким образом, словно горстка нищих, попавших в метель на пути от одного селения к другому. Однако ты правильно сказал: все это неважно. Мы должны завершить бой. Я рад, что сразу после рождения встретил достойных противников. Тебя же считаю достойнейшим из достойных, и поэтому исполню твое последнее желание, прежде чем убью. Чего ты хочешь? Подумай хорошенько. Не ошибись!
Вот как? Конечно, он не шутит. Подобные существа если что-то говорят, то и делают. Ну и чего же я хочу? Наверно, следовало бы пожелать чего-то, что пригодится мне в Мире Теней, куда я сейчас отправлюсь. Но голова, блин, не работает! Да и противно мне участвовать в этой комедии и что-то выпрашивать у своего убийцы. Все равно ведь он не ляжет и не сдохнет, — а это единственное, чего я хочу по-настоящему сильно. Ничто другое не вдохновляет.
Но надо же что-то ответить? Собеседник ждет.
Нихрена себе, собеседничек… Воплощение зоны! Вот почему он регенерировал так реактивно, и нам никак не удавалось довести урон ему до критического. С таким же успехом могли бы пытаться растопить паяльниками ледники Антарктиды.
— У меня нет последнего желания, — сказал я. — Разве что такое: давай сразимся поскорее. Для меня будет достаточной наградой пасть в битве с таким великим чудовищем как ты.
— Наилучший ответ, который мог бы дать воин! — сказал дракон. — Я в тебе не ошибся, и не жалею, что не прикончил сразу. Давай сразимся! Используй против меня все, что у тебя еще есть, дабы в Мире Теней не корить себя ни в чем. О тебе не сложат легенд — их складывают о победителях. Никто не узнает о нашей последней схватке и не восхитится тобой. Но я буду помнить о ней и о тебе вечно.
«Очень рад, — подумал я. — Да-да, без дураков. Это немало — если такая тварь тобою впечатлилась. Запишите мне достижение… Но возьми на заметку, глубокоуважаемая тварь, что фразы типа: „О тебе не сложат легенд“, — следует произносить исключительно в заупокойных речах над трупами врагов. Чтоб точно не облажаться. Вот вдруг ты облажаешься? Занавес пока не опущен».
Дракон поднял голову — нарочито медленно. И так же медленно стал отступать назад, открывая пасть и расправляя крылья. Наверно, хотел, чтоб наша схватка запомнилась навечно и мне. Да не старайся ты так! Нужный эффект уже достигнут. Кем надо быть, чтобы забыть?..
Да нет, просто он мне время дает. Ясно ведь сказал: «Используй против меня все». А что я еще не использовал? Только кокон страданий. Но я способен создавать его лишь для смертных существ, причем нормального размера. А ледяной дракон у нас воплощение. Причем даже не какого-то сверхсущества, а локации с особыми свойствами. И он больше любого дракона Срединного Пространства. Мне на этого уникального великана кокон не натянуть даже в теории.
Но ведь должен существовать способ его убить! Система не сводит противников в поединке, если один из них в принципе не способен одолеть другого. Вообще не ставит никого в безвыходное положение. Напротив, еще и препятствовать будет тому, кто хочет сам себя в угол загнать. И только если упрямец умудрился проигнорировать все предостережения и обойти ограничения — тогда он свое получит. Но я вроде так себя не вел. Специально в эту зону не стремился. И даже в Экситиуме оказался только ради выполнения квеста. Значит…
Ни Люцифер, ни эгида не отозвались на мои мысли. Первый, наверно, не мог подсказать ничего толкового. А вторая если могла, не имела права подсказывать.