Мой муж меня не заказывал

— Если всё это приведёт нас к чему-то очень неприятному, я всё равно хочу знать.

— Я знаю.

— Тогда не вздумай играть в защитника от реальности.

— Слишком поздно.

Я фыркнула.

— Ненавижу, когда ты иногда говоришь удачные вещи.

— Ложь.

— Наглая.

— Почти талантливая.

Грегор тихо опустил взгляд в чашку.

— Вы выглядите усталым, — заметила я.

— Это потому, что я нахожусь здесь, — ответил он без тени эмоции.

— А раньше вы были где? В более приличных мирах?

— В более предсказуемых обстоятельствах.

— Вам здесь скучно?

— Нет, госпожа. И это меня тревожит.

Я не выдержала и рассмеялась. Даже Дион на этот раз не спрятал полностью улыбку.

И вот так, среди чая, пирога, ошейника на Морре, булавки с вороном, браслета, который Дион всё ещё не надел, но положил рядом с собой на стол, и разговоров о людях, которые собирают тайные кружки по интересам, я вдруг почувствовала ту самую странную, почти нелепую полноту жизни, которую невозможно было бы объяснить никому в моём прошлом мире.

И, что особенно забавно, я уже почти перестала хотеть это объяснять.

Домой мы возвращались медленнее. Не потому что устали.

Потому что день неожиданно приобрёл ту форму, которую я бы, наверное, назвала хорошей, если бы в этой форме не было тайных организаций и попыток убийства.

Солнце уже клонилось ниже, город становился мягче, золото света ложилось на стены и плечи прохожих, и всё это выглядело так спокойно, что поверить в скрытый под этим слой было почти невозможно.

Но я уже знала, что он есть.

И всё равно шла, держала свёртки, чувствовала рядом Диона, слышала за спиной шаги Грегора и редкие мысленные комментарии Морра, и от этого день не становился тяжелее. Напротив.

Он становился моим.

А это, пожалуй, было куда страшнее и прекраснее любого заговора.