Страница 46 из 94
— Ты и так жила под присмотром. Просто до этого мне не приходилось беспокоиться, что кто-то решит закончить начатое.
На секунду всё стихло. Потому что вот это уже было сказано не для эффекта.
Прямо. Слишком прямо.
Я медленно выдохнула.
— Тогда начинай, — сказала я. — Потому что, если кто-то решил, что может вот так просто ходить по дому, оставлять мне угрозы и рассчитывать, что мы будем сидеть тихо, он очень плохо нас знает.
На этот раз он кивнул сразу. И в этом коротком движении, в этом почти молчаливом согласии действовать вместе, было больше, чем мне хотелось анализировать прямо сейчас.
Я развернулась к двери. Морр — за мной.
Но у самого порога Дион вдруг сказал:
— Изель.
Я остановилась. Обернулась.
Он стоял у стола, высокий, собранный, слишком красивый для мужчины, у которого, по-хорошему, должно быть меньше поводов выглядеть так драматично, и смотрел на меня уже не так, как в начале разговора.
Жёстко — да.
Настороженно — да.
Но уже не только как на источник раздражения.
— Что? — спросила я.
Он выдержал паузу. Секунду. Две. Потом сказал:
— В следующий раз приходи сразу.
Не «если».
Не «может быть».
Не «попроси».
Я посмотрела на него. И вместо язвительности, вместо привычного укола, который уже почти просился на язык, просто кивнула.
— Посмотрим, — ответила я.
И вышла.
Только в коридоре, когда дверь кабинета закрылась за моей спиной, я позволила себе выдохнуть по-настоящему.
Морр шёл рядом, хвост мягко касался моего подола, как будто он не сопровождал меня, а отсчитывал ритм.
Ну что, сказал он через несколько шагов. Полагаю, теперь можно официально признать, что он тебе не безразличен.
Не начинай.
Я не про чувства. Я про эффект. Ты его задеваешь. А он — тебя. Это уже больше, чем просто неудобный брак.
Я промолчала. Потому что спорить было бы слишком похоже на признание.
А ещё потому, что в руках у меня не было ни ответов, ни желания разбирать это сейчас. У нас наконец появилось кое-что важнее.
Направление.
И, возможно, первый человек в этом доме, кроме меня самой, который больше не собирался делать вид, что происходящее — просто неприятное недоразумение.