Страница 15 из 38
Эффи Перин чинно выпрямилась в кресле и сказала:
– Сэм, если эта девушка попала в переплет, а ты ее подведешь или воспользуешься ее бедой, чтобы обобрать до нитки, я тебе этого никогда не прощу и перестану уважать на веки вечные.
Спейд неестественно улыбнулся. Потом помрачнел, тоже неестественно. Потом он открыл было рот, чтобы что-то ответить, но звук открывающейся наружной двери ему помешал.
Эффи Перин встала и вышла в приемную. Спейд снял шляпу и сел в кресло. Девушка вернулась с карточкой, на которой было отпечатано: «М-р Джоэл Каир».
– Странный тип, – заметила она.
– Пригласи его, дорогая, – сказал Спейд.
Мистер Джоэл Каир оказался смуглым тонкокостным мужчиной среднего роста. Волосы у него были черные, гладкие и блестящие. Изящные левантийские черты лица. Квадратный рубин, обрамленный четырьмя бриллиантами багетной огранки, мерцал на темно-зеленом галстуке. Черное пальто, плотно облегавшее узкие плечи, слегка расширялось на полноватых бедрах. Брючины облепили округлые икры плотнее, чем того требовала современная мода. Верх лакированных ботинок скрывали коричневые гетры. Держа черный котелок рукой в замшевой перчатке, мистер Каир приблизился к Спейду короткими шажками, семеня и подпрыгивая. Вместе с ним в кабинет проник запах шипрового одеколона.
Спейд кивнул посетителю, потом указал подбородком на полукресло со словами:
– Садитесь, мистер Каир.
Каир отвесил изысканный поклон.
– Благодарю вас, – произнес он неестественно высоким голосом. Чинно уселся, скрестив ноги, положил шляпу на колени и принялся стаскивать желтые перчатки.
Спейд откинулся на спинку кресла и спросил:
– Итак, чем могу служить, мистер Каир?
Любезная небрежность его тона, его движение в кресле были точно такими же, как и накануне, когда он задавал тот же вопрос Бриджид О’Шонесси.
Каир перевернул шляпу, бросил в нее перчатки и положил на ближайший к нему угол стола. Бриллианты мерцали на указательном и безымянном пальцах его левой руки. Рубин – близнец того, что украшал галстук, вплоть до бриллиантов по всем четырем граням, – сиял на указательном пальце правой. Эти мягкие, ухоженные руки, хоть и не были велики, из-за своей вялой короткопалости казались уродливыми. Потирая ладони с шелестящим звуком, Каир сказал, перекрывая этот шелест:
– Уместно ли незнакомцу принести соболезнования по поводу прискорбной кончины вашего компаньона?
– Благодарю вас.
– Позвольте спросить вас, мистер Спейд, существует ли, как намекают газеты, определенная… э-э… взаимосвязь между этим прискорбным событием и чуть более поздней гибелью некоего Тёрсби?
Спейд ничего не ответил, сохраняя красноречиво-непроницаемое выражение на лице.
Каир встал и поклонился.
– Прошу прощения, – сказал он, снова сел и положил ладони плашмя на край стола. – Я спрашиваю отнюдь не из праздного любопытства, мистер Спейд. Я пытаюсь вернуть… э-э… украшение, которое, скажем так, потерялось. Я думал и надеялся, что вы сможете мне посодействовать.
Спейд чуть наклонил голову, приподняв брови в знак того, что он внимательно слушает.
– Это украшение – статуэтка, – продолжал Каир, тщательно выбирая и выговаривая слова, – в виде черной птицы.
Спейд опять кивнул с учтивым интересом.
– От имени законного владельца фигурки я готов заплатить за ее возвращение пять тысяч долларов. – Каир оторвал одну руку от края стола и ткнул уродливым указательным пальцем в какую-то воображаемую точку в воздухе. – Я также готов пообещать… как бы это выразиться?.. не задавать никаких вопросов. – Он снова положил руку на стол рядом с другой и одарил частного детектива любезной улыбкой.
– Пять тысяч – сумма немаленькая, – заметил Спейд, задумчиво глядя на Каира. – Это…
В дверь тихонько забарабанили пальчики.
Когда Спейд пригласил: «Войдите!», дверь отворилась ровно настолько, чтобы в щель пролезли голова и плечи Эффи Перин. На ней была черная фетровая шляпка и серое пальто с меховым воротником.
– На сегодня все? – спросила она.
– Да. Спокойной ночи. Запри дверь, когда будешь уходить, будь добра.
Спейд повернул кресло к мистеру Каиру со словами:
– Это очень интересная сумма.
В коридоре хлопнула дверь, Эффи Перин ушла.
Каир усмехнулся и вынул и внутреннего кармана короткий, компактный, плоский пистолетик.
– Будьте любезны, – сказал он, – поднять руки за голову.