Страница 44 из 98
Русский флот осадил (считается, что это было в 866 г.) Константинополь. Население, перепуганное грабежами солдат в окрестностях города, ждало развязки военного конфликта. Византийский император, который в начале осады находился вне города, сумел пробраться в него. Вместе с патриархом Фотием он пошел в храм Богородицы во Влахернах; помолившись, вынесли оттуда чудотворную ризу Богоматери и направились к морю. Там дотронулись воды краем ризы, и тотчас же подули ветры и поднялась сильная буря, хотя до этого море было совершенно спокойным. Волны и ветер выбросили русские корабли на скалы, и тем самым русский флот был уничтожен, а город спасся от осады и кровопролития. У «Псевдо-Симеона» к этому рассказу есть приписка:
"Паде же тогда прах с небесех кръви плънь, и мнози обретаху камение на путих, и врътоградохъ чръвлено, якы кръвь." (РАП с. 84)
Это же известие о "красной пыли" встречается и в Никоновской летописи. Судя по описанию, по Босфору прошел смерч, который выбросил русские суда на берег, поднял в воздух много пыли, камней и морских водорослей.
Конечно, такое «чудо» не могло не бросить тень на русских языческих богов и поднять авторитет могущественного христианского Бога, который вызвал бурю, потопил флот и тем самым спас столицу Византии.
Потерпев наказание от Бога, по легенде русские возвратились обратно домой и вскоре послали послов в Константинополь, прося крестить русский народ.
3) Чудо с Евангелием
Чудеса присутствуют во многих старых рассказах о крещении людей и народов. Есть чудо и в легенде о крещении русских. Вот краткий пересказ его сюжета из Биографии Константина Багрянородного:
Византийский император заключил мирный договор с русскими и убедил их принять святое крещение. Рукоположенный византийским патриархом Игнатием архиепископ был направлен с проповеднической миссией к русскому князю. Тот собрал старцев и других своих подданных и попросил прибывшего к ним архиерея объяснить, что он намерен возвестить им и чему собирается научить их. Архиерей предложил им Евангелие и рассказал о некоторых чудесах Ветхого и Нового Завета. Русские заявили, что не поверят ему, если сами не увидят что-либо подобное и особенно чудо с тремя отроками в печи. Помня слова Христа о просящих во имя Его, архиепископ ответил: "Хотя и не должно искушать Бога, однако, если вы от всего сердца решили приступить к Нему, просите, чего хотите, и Бог непременно сделает это по вере вашей, хотя мы грешны и ничтожны". Варвары потребовали, чтобы было брошено в огонь Евангелие. Помолившись, архиепископ сделал это. И по прошествии достаточного времени Евангелие было вынуто из потухшей печи и оказалось неповрежденным. Увидев это, русские, пораженные чудом, без колебаний начали креститься.
4) Религия русов до крещения
Об этом есть очень интересное сведение византийского патриарха Фотия, современника этих событий. Он писал:
"Ибо не только этот народ (болгары — ЙТ) переменил на веру Христову прежнее нечестие, но и тот слишком ставший известным и превосходящий всех жестокостью и кровопролитием, т. е. так называемая русь и этот народ переменил эллинское и безбожное учение, в котором прежде содержался, на чистое и неповрежденное христианское исповедание…" (УСП с. 78–79)
Итак, по Фотию выходит, что перед принятием христианства в Киевской Руси господствующей религией было "эллинское заблуждение", т. е. вера в Зевса ("Громовержца", поражающего своих врагов "перуном") и других «классических» эллинских богов.
В то же время принятая сегодня в исторической науке точка зрения о дохристианских верованиях русских совсем другая (хотя бы внешне): например, она предлагает нам "чисто славянского" верховного бога — громовержца Перуна. Но нельзя не заметить сходство Перуна с Зевсом, и даже совпадение слова «перун» — оно обозначает как имя «славянского» бога, так и основное оружие — гром/молния — «эллинского» бога.
Добавим, что в то время слово «эллин», по-видимому, обозначало не национальную, а религиозную принадлежность. О распространении "эллинских заблуждений" на Руси есть немало упоминаний в старых рукописях.
5) Богомильские элементы крещения
Созданный "отцами Церкви" христианский канон отводит Сатане роль противника Бога, бунтовщика против него. Апокалипсис Иоанна (XII, 7) видит в нем дракона, который вместе с группой ангелов взбунтовался против Бога. Идея о Сатанаиле как отщепенце от Бога нашла особое место в трудах Тертуллиана, Лактанция, Григория Ниссианского и др. (см. BRA с. 57).
В отличие от этих представлений богомильская традиция отводит Сатанаиле роль не дракона, а падшего ангела. Она считает, что Сатанаил сначала был добрым ангелом, начальником ангелов; в некоторых произведениях он описан как старший сын Бога (младшим является Иисус Христос). Богомилы считали, что позднее он возгордился и стал противиться своему Творцу и Богу.
Рассказывая о крещении Руси, "Повесть временных лет" приводит слова греческого проповедника, объясняющего князю Владимиру православную веру; там говорится о «Сотонаиле» и о том, что это
"первый от ангель, старьишина чину ангелски" (цит. по АНГ с. 164)
Таким образом, крестившие Русь духовники являлись носителями христианских идей, по крайней мере в некоторых деталях, близких к верованиям богомилов.
Св. Климент Охридский, один из учеников свв. Кирилла и Мефодия и митрополит Болгарской церкви, писал, что Сатанаил является Божьим служащим (АНГ с. 165). Ниже мы вернемся опять к вопросу о возможной близости болгарского и русского христианства к “неправославным” христианским традициям.
6) Политические аспекты разных вариантов ответа на вопрос: кто и когда крестил Русь
Сказание о христианской миссии апостола Андрея, зафиксированное в ряде церковных книг, с давних пор служило мощным оружием в руках византийской дипломатии в ее борьбе с Римом за церковную гегемонию в Европе. По преданию, город Византий, на месте которого впоследствии основан Константинополь, был посещен апостолом Андреем, и часть его населения приняла христианство. Там якобы находилась и гробница апостола Андрея. А так как апостол Андрей был старшим братом апостола Петра, основателя Римской христианской церкви, и опять-таки, по легенде, был раньше Петра призван Христом к апостольской деятельности, то все это позволило византийским императорам добиться на церковных соборах вначале уравнения в правах Константинополя с Римом как церковной столицы, а затем заставить Пятый церковный собор отдать предпочтение константинопольскому патриарху над прочими
церковными иерархами. (РАП с. 65)
Позднее, когда Византия пала под власть турок, Россия заявила о своих притязаниях стать центром Восточной Римской Империи. Часть теоретического обоснования этих домогательств основывалась на том, что в России, как и в Византии, проповедовал апостол Андрей; этот факт как бы давал Русской церкви высокий ранг, не ниже ранга других городов — претендентов на звание "столицы православного мира".