Страница 13 из 14
10
Через несколько дней после этого мы остались без телефона.
Нас это не удивило. Порой я думала, что нас уже вообще ничто не способно удивить, можно привыкнуть ко всему, пока мы вместе – мой брат и я.
Нас это не удивило, потому что мы почти никому не звонили, и нам никто не звонил. Друзья заявлялись к нам домой этак запросто, а чужие даже и близко не подходили. На следующей неделе после того, как пришла посылка, телефон звякнул несколько раз, кто-то из нас взял трубку и услышал:
– Ну все, тебе не жить, засранка!
Брат разозлился, ножиком перерезал шнур и – прощай, телефон.
В первые дни Вальтер не ходил в свою мастерскую и оставался со мной.
Плохи дела.
Брат с подозрением смотрел на мобильные телефоны, на входную дверь, на проезжающие машины и даже на тех редких бегунов трусцой, которых случайно заносило в наш квартал. Он запер все, до чего мог дотянуться. И дом, и нас в нем; мы так и сидели целыми днями в темноте.