Страница 7 из 53
Недавно еще темная, сейчас комната была залита интимным розоватым светом, исходящим от магических несгорающих свечей. Вполне спартанская кровать вдруг увеличилась вдвое и стала напоминать ложе султана. Столбцы, разноцветные ткани. Но самое главное…
У меня перехватило дыхание, и я вдруг ощутил эрекцию. Что?! Я резко посмотрел вниз, распахнул халат. Член был свободен: ни серебра, ни пояса с рунами. Сейчас он, твердый, как сталь, подрагивал, заявляя о своем желании, четко указывая, в каком направлении двигаться хозяину.
Я поднял взгляд и сглотнул. Такого даже в моей довольно обширной сексуальной практике не наблюдалось. Невесомые шторки сами собой раскрылись, открывая взгляду четыре тесно переплетённых обнаженных женских тела. Красивых, стройных, сексуальных.
Эта была невообразимо прекрасная оргия. Джена оседлала лицо рыженькой Лукреции и стонала, покручивая бедрами, пока чужой язык орудовал внутри. Ее губы через мгновение оказались в плену зубов светловолосой незнакомки из прошлой командировки, пока руки то и дело покручивали соски пышной блондинки снизу.
Незнакомка стояла сбоку в коленно-локтевой позе, а сзади расположилась Мелани, медленно засаживая в ее киску что-то ядовито-розовое.
Я снова сглотнул, чувствуя, как пересыхает горло. Возбуждение диким зверем рвало на части существо , и я хотел туда — в эту страстную вакханалию, хотел стать там главным.
Внезапно тихий голос снова позвал меня, и исходил не от девушек на кровати, они были слишком увлечены друг другом. Я отмахнулся от ласкового голоса и взглянул на обворожительную картину уже громко стонущих девушек, чьи тела мелко подрагивали от приближающегося гармоничного экстаза. Бывшие любовницы вдруг закричали и стали биться в судорогах единовременного оргазма. Я обомлел от такого чуда, не решаясь прервать священное действо, хотя и страстно желал.
— Джеймс, котик, ты уже идешь? — раздался хриплый голос Джены, заставив меня вздрогнуть.
— Мы скучаем, — заявила Мелани, лаская рукой свою крупную грудь с темными сосками.
Это было маловероятно, но я не стал спорить, и, приближаясь, с радостью наблюдал, как четыре сирены ложатся на кровать в ряд, расставляют стройные ножки.
Моему пылающему взору открылись четыре влажные розовые пещерки, которые я лично когда-то исследовал. Куда вбивался в разных позах и изливал семя.
Девушки, такие разные, такие красивые, смотрели на меня лукаво и приглашающе. Похотливо улыбнулся, хотя и не был уверен, что смогу удовлетворить всех одновременно. С другой стороны, волшебник я, в конце концов, или кто?
Я резво скинул халат и, пройдя ещё пару шагов, прыгнул на кровать под девичий визг и приятный смех.
Только вот голос. Он продолжал звучать в голове назойливо, но не раздражающе.
Перевернувшись на спину, я игриво посмотрел на окружавшую меня красоту и смачно застонал, когда сразу две ладони обхватили моё гордо стоящее орудие страсти. Пальцами девушки принялись накачивать член, доводя меня до умопомрачения.
— О, да! — простонал я невнятно, но мои губы тут же принялись ласкать, покусывать, гладить кончиком язычка. Еще две руки поглаживали мускулистое тело от шеи до живота и обратно. Я дернулся, когда ощутил горячее дыхание на члене, а затем и чей-то влажный язычок.
Девушки, как языческие богини, окружали со всех сторон, щедро одаривая простого смертного ласками и неземными удовольствиями. Я уже забыл их имена, даже лица стали расплываться перед затуманенным похотью взглядом. Я уже и не знал, чьи руки ласкают, чей рот насаживается на член, чей язык вылизывает шею. Все смешалось: лица, стоны, влажные тела. Я просто наслаждался дурманом страсти.
Проблемы дня, пояс, Джудит — все осталось позади. Только нирвана имела значение, и я наслаждался ею в полной мере, приближаясь к фееричному финалу.
Мой член освободила шелковая, влажная глубина рта, зато к подрагивающей головке приставили истекающую соками киску.
— Ну же, — глухо простонал я, и подался бедрами вверх, желая всем своим существом очутиться в горячей тесноте лона. Вот только голос не давал расслабиться окончательно и достичь долгожданного оргазма. Он комаром зудел над ухом, доставляя противное беспокойство.
— Джеймс, Джеймс.
В этот момент крупный член прижали к лобку и стали скользить по нему влажной плотью. Это тоже было хорошо, но все не то. Я вдруг осознал, что все это уже было. Я все это уже видел.Девушки вдруг замерли.
Тела, только что так страстно извивавшиеся, не двигались. Любовницы внимательно на меня посмотрели, чем вызвали легкое, покалывающее внутренности, беспокойство. Особенно задрожали яйца.
— В чём дело?
Глава 4.1
Их лица стали выглядеть отчетливее, а на губах мелькали лукавые усмешки.
— Значит, ты готов?
— К чему? — напрягся я, но не успел больше и слова сказать. Руки четырех девушек опутали мои конечности как ленты, а вскоре и сами волшебницы превратились в магические путы, обвязывая все тело. Я задергался, но не мог вырваться.
Только тот, кто наложил заклинание, мог снять его или нужно было прождать пару часов. Но я определенно ждать не собирался. Я больше не хотел быть связанным или запертым как в детстве.
— Что, мать твою, происходит?!
Возбуждение, еще недавно такое острое, стремительно сошло на нет, зато голос, тихий, манящий, стал громче:
— Джеймс, Джеймс, Джеймс. Ты был очень плохим мальчиком. Очень, очень плохим мальчиком.
В комнате снова потемнело. Свет падал только на мой поникший от страха член. Во мгле возник силуэт женский, хрупкий. И голос…
— Тебя нужно наказать.
— Я сам кого хочешь накажу. Покажись!
Силуэт приблизился, стал отчетливее. Джудит. Конечно, это была она. Только ее голос из поучающего мог превратиться в сексуальный. Но я так редко это слышал, что и забыл об этой его способности.
Джудит была одета как всегда строго и со вкусом. Волосы, поднятые высоко вверх, открывали плавную линию шеи. На губах блуждала тонкая улыбка, а в глазах сияло безумие.
- Джудит, я не знаю, что это за херня, но отпусти меня. Сейчас же! — потребовал я и задергался, но она только покачала головой.
— Цц, — поцокала она и протянула руки, в которых мерцало что-то небольшое и серебристое.
Ни за что!
— Нет, нет. Ты не наденешь на меня снова эту херню. Не смей!
Джудит присела передо мной, пока я изо всех сил старался вырваться и наподдать зарвавшейся нахалке!