Заморыш

— Ну вот. Видишь, как просто? А говорил, не дашь, — холодно произнес я, распрямляя мятый рубль.

Жига смотрел на меня одним глазом — второй уже заплывал. В его взгляде был животный ужас. Он понимал: сейчас его побили мы, а потом еще и мастер добавит.

— Сенька… — прохрипел он, сплевывая осколок зуба. — Мне ж теперь… амба!

— А это, Жига, уже твоя печаль. — Я поднялся, отряхивая колени. — И это только начало твоей прекрасной жизни. Ты же мне это все заготовил. Вот теперь сам так и поживешь! Еще раз попадешься мне, или на друзей моих в приюте пасть откроешь — зарежем. А Семену передай, мол, Сеня Пришлый велел ему, паскуде, кланяться, и говорил, что много пить вредно. Теперь — пшел вон.

Я повернулся к ребятам. Сивый потирал ушибленное плечо, Штырь хромал, Кремень разминал сбитые кулаки.

— Отлично прошло, и деньгой разжились, — ухмыльнулся он.

Напряжение уходило, сменяясь холодным, звенящим удовлетворением. Город будет нашим. И только что мы вырвали у него очередной куш.