Страница 16 из 16
Я подняла глаза и встретилась с его взглядом. Его лицо, обычно холодное и непроницаемое, теперь казалось другим. В его глазах была та же боль, что жила во мне, но вместе с ней я увидела и облегчение.
– Ты здесь, – сказала я, мой голос был тихим, почти шёпотом.
Он кивнул, подошёл ближе и посмотрел на Лизу. Его глаза задержались на ней дольше обычного, словно он пытался убедиться, что она действительно здесь, что она жива.
– Ей лучше, – наконец сказал он. Его голос был низким, но в нём чувствовалась скрытая теплая нотка. – Она боролась.
Я сжала руку Лизы крепче, чувствуя, как меня накрывает волна благодарности.
– Она такая сильная, – прошептала я, мои слёзы всё ещё текли. – Сильнее, чем я могла представить.
Он медленно кивнул, не отводя взгляда от Лизы.
– Это в ней от тебя, – сказал он.
Я подняла глаза, чтобы посмотреть на него, не веря тому, что услышала. Его лицо оставалось строгим, но в этих словах была искренность.
– Ты тоже сильная, Айлин, – добавил он. Его голос звучал твёрдо, но я чувствовала, что он говорит это не только для меня, но и для себя. – Ты доказала это.
– Я не знаю, что бы я сделала, если бы она… – я замолчала, мои слова утонули в комке в горле.
Он подошёл ближе, положил руку мне на плечо. Его прикосновение было неожиданным, но оно успокоило меня.
– Но она жива. И ты тоже, – сказал он, его голос стал мягче.
После того, как врачи попросили нас оставить Лизу отдыхать, я вышла из палаты, чувствуя, как ноги подкашиваются. Шейх молча шёл рядом, его шаги казались таким уверенными, в то время как я едва держалась.
Мы остановились в коридоре, и я обернулась к нему.
– Я не прощу тех, кто сделал это с нами, – сказала я, моя речь стала твёрдой. – ту женщину не нашли? Врача?
Его глаза потемнели, и я увидела в них ту же ярость, которую чувствовала сама.
– Ищут, – сказал он, его голос был низким и угрожающим. – Я сделаю всё, чтобы это случилось как можно скорее.
Прошло несколько дней. Время словно растянулось в бесконечную паутину боли и усталости, но я жила. Мой мир, который недавно рухнул, начал медленно собираться по кусочкам.
Я лежала на кровати, вдыхая тёплый утренний воздух. Окно было приоткрыто, и лёгкий ветерок шевелил занавески. Свет солнца падал на мои руки, такие слабые, с тонкой, почти прозрачной кожей. Всё моё тело ещё чувствовало последствия родов. Каждое движение отдавалось тяжестью, а каждая мысль – болью. Я кормила малышей сама. Никаких посторонних женщин. Только я и мои дети. Я спала по три часа…Иногда засыпала с ними на руках.
Но несмотря на это, внутри меня поднималась странная сила. Не внезапная, не обжигающая, а медленная, словно догорающий костёр, который кто-то аккуратно раздувает. Это была не ярость. Это была решимость.
Я чувствовала это всякий раз, когда смотрела на своих малышей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «купив полную легальную версию на