Когда расцветёт сакура

Под конец я уже считала оставшиеся до Камакуры дни, но и там меня постигло горькое разочарование.

Сёгун покинул столицу раньше нас, разминувшись с женой буквально на сутки. Когда один из самураев, что встречали нас на въезде в город, сказал об этом матери, я вцепилась в поводья изо всех сил, сжала их в кулаках, оставив отпечатки полумесяцев от ногтей на ладонях.

Акико выглядела ошеломленной, и я поняла, что для нее это также стало жестоким ударом. Мачеха возглавляла большие надежды на встречу с мужем.

Мы ехали вдоль залива, теплый ветер трепал мои волосы, норовя разрушить прическу, но я не могла наслаждаться ни видом, ни городом. Смотрела в спины матери и Ацуми-сана, смотрела в спину Кёсукэ и чувствовала, как на шее затягивалась невидимая петля.

Когда за нами захлопнулись ворота, я не сдержалась и вздрогнула.

Вот теперь я по-настоящему почувствовала себя в западне.

Мощеная крупным булыжником дорога шла вверх по холму, и понемногу я начала осматриваться. Нет, я еще не до конца примирилась с обрушившимися на меня новостями. Но я должна была держать лицо. Я и так ловила пару раз на себе взгляды мачехи и Кёсукэ.

К моему удивлению, нас встречали люди. Они рассыпались вдоль дороги и кланялись, когда мы проезжали мимо. У кого-то на лицах я заметила улыбки, но в большинстве толпа показалась мне напряженной.

Какое же срочное дело вырвало отца за пределы столицы? Новые нападения восставших самураев? Какие-то дурные вести, о которых я пока не догадывалась?

Но если страна вновь стояла на пороге войны, то немудрено, что в толпе витало напряжение. Война — это всегда лишь боль, смерть и слезы.

Дворец сёгуна — роскошный дворцовый комплекс — находился на вершине холма. С одной стороны он утопал в привычной саду, с другой же открывался невероятный вид на залив Кагами.

Мы въехали на внутреннюю территорию сквозь величественные деревянные ворота, украшенные резьбой по дереву и ярко-красными вставками, переплетающимися в диковинный узор, и проехали по мосту, перекинутому через ров с водой. Я не могла поверить своим глазам.

Дворец сёгуна не шел ни в какое сравнение с тем, что я видела раньше. Второе кольцо стен надежно отделяло и охраняло территорию, где жила семья сёгуна. Вдалеке я заметила невысокую дозорную башню. Она была словно сложена из нескольких невысоких домиков-минка, нанизанных один на другой. А прямо перед глазами простирались несколько огромных зданий, соединенных крытыми переходами, а вокруг них — шел уже внутренний дворцовый сад, куда имели доступ немногие.

Настоящая крепость.

В которую нельзя просто так войти.

Равно как нельзя и выйти.

Ловушка захлопнулась.

У одного из дворцов стояла группа людей, во главе которой особенно выделялся мужчина, потому как он опирался на палку. Старший брат Йоко и Кёсукэ. Наследник отца. Наверняка сёгун оставил его распоряжаться всем в свое отсутствие.

Я не помнила, каким об был, и потому взмолилась всем Богам, чтобы он оказался нормальным человеком. Не был похож на Кёсукэ, который вызывал у меня дрожь омерзения. Или на мачеху.

Мы спешились, и мужчины медленно направились в нашу сторону, подстраиваясь под небыстрый шаг моего старшего брата, который хромал при ходьбе. Я вздохнула и скрестила пальцы за спиной: на удачу.