Страница 155 из 157
— Я не знаю, — он пожал плечами. — Но если ты откажешься сейчас, твой сын получит новую войну. Как получил ее ты.
— Войны будут всегда. В этом наша суть.
Отец вдруг негромко, беззлобно рассмеялся.
— Слишком много времени ты провел в монастырях, сын. Слышу в твоих словах отзвуки размышлений мудрецов из сохэй.
Я усмехнулся. Затяжные осенние и зимние военные походы располагали к размышлениям. Я думал об этом давно. Начал гораздо раньше, чем мы отправились истреблять на землях Минамото сохэй. Еще когда впервые мы заговорили с отцом о будущем сёгуната. Когда был жив Кёсукэ, и никто не знал о предательстве Акико-сан и Ацуми…
Времени, чтобы поразмыслить, у меня было достаточно.
И решение я давно принял.
Отец покосился на меня, и у него на лице возникло странное выражение, которое я не смог распознать. Сожаление?.. Печаль?..
— Нам пора. Идем, — но он не стал ничего говорить, и мы покинули спальню.
Ужинали мы вчетвером: к нам присоединился Акихито. Он был мрачен, впрочем, как и Нарамаро-сан, как и мой отец. Разлившееся по комнате молчание было тягостным и вязким, словно грязь на размытых дорогах. Я не хотел ничего из того, о чем намеревался говорить сегодня сёгун. Но мое личное желание ничего не значило, когда речь шла о сохранности империи. Об укреплении власти.
— Я собираюсь объявить тебя вторым наследником, Таро. Сразу, как окончится суд над моим б-бр… над предателем, — Нарамаро разрезал тишину, не став размениваться на беседу о пустяках.
Я почувствовал, как рядом подобрался и напрягся отец. Акихито отвел хмурый взгляд и поджал губы, но, когда сёгун договорил, он несколько раз кивнул, соглашаясь с ним.
Я сделал глубокий вдох носом и мимолетно прикрыл глаза.
Есть решения, которые разделяют нашу жизнь на «до» и «после». И мне предстояло озвучить как раз одно из таких.
— Да. Я согласен.
По губам сёгуна скользнула блеклая улыбка. Напряжение Акихито чувствовалось буквально физически, но он заставил себя посмотреть мне в глаза и вновь кивнуть. Со стороны отца я услышал короткий, судорожный вдох в момент, когда я заговорил. Он не мог не понимать, что я приму не то предложение, не то приказ Нарамаро-сана.
— Пока не придет время, я буду жить в поместье. У меня есть обязательства и перед кланом.
Мои слова сёгун встретил с явным недовольством. Он даже не пытался скрыть, как сильно ему не понравилось услышанное. Но я стоял на этом твердо. Моя семья, моя жена и дети не будут жить в Камакуре. Пройдет много месяцев, прежде чем столица сёгуната очистится от предателей и перебежчиков. От тех, кто потворствовал Ацуми и Акико-сан. От тех, кто их покрывал. Кто с ними соглашался. Кто втайне поддерживал.
— Хорошо, — скрепя сердце произнес Нарамаро-сан.
Он понимал мои мотивы гораздо лучше, чем ему казалось на первый взгляд. Йоко — его дочь, и едва ли он желает ей стать целью для покушений. В конце концов, Камакура уже свела с ума его жену, лишив разума. Он не хотел того же для единственной дочери.
Еще многое предстояло обговорить. Впереди был и суд на Ацуми, и встречи с главами кланов, и обсуждения с чиновниками, которых развелось так много, что они бы смогли составить отдельное войско. Многое следовало сделать, но главное было решено сегодня.
Однажды я возглавлю сёгунат.
Сёгунат Татибана исчезнет, оставив о себе записи в свитках по истории и горькие воспоминания.
И будет установлен сёгунат Минамото.
Но прежде, чем это случится, я вернусь домой. Увижу жену. Застану рождение ребенка. И полюбуюсь цветением сакуры в саду поместья.