Страница 153 из 157
Выходило, Девятихвостая женщина обманула меня? В самом начале, когда рассказывала, зачем перенесла меня в этот мир, в тело бедняжки Йоко, отравленной собственной мачехой? Выходило, она не хотела клану Минамото добра, но жаждала лишь мести?.. Женив Таро на мне, можно было привязать Минамото к сёгунату крепкой веревкой, и поднятое сохэй восстание, заговор Акико и Ацуми смыли бы всех нас волной крови и смертей?..
Но все пошло не так, как было задумано. И наш союз стал той опорой, благодаря которой все устояло?..
— Йоко? Ты дрожишь.
Я почувствовала за спиной движение, и уже через мгновение Таро обнял меня за плечи и прижал к груди. К глазам подобрались слезы, которых я совсем не ждала, и я смахнула их украдкой.
— Что тебя тревожит? — спросил он шепотом и мягко коснулся губами моей шеи.
Чтобы спасти тебя, я совершила ужасную, ужасную вещь, и буду жить с этим грузом до конца своих дней.
— К-когда я говорила с Акико… — я клацнула зубами, — она рассказала, как в год моего рождения… когда отец привез меня, младенца, во дворец. Она прокляла твой клан… наш клан. И призвала на помощь Богов, и Богиня Кицунэ отозвалась, пообещав, что…
— Йоко, — строго и непреклонно он перебил меня и заставил повернуться к себе лицом. — Я не верю в Богов. Минамото не верят в Богов.
Но они существуют!
Я прикусила кончик языка, чтобы смолчать и не рассказать лишнего. Таро внимательно всматривался в мои глаза, и затем на его губах появилась тень улыбки.
— Из всех напастей, что обрушились на нас, ты выбрала тревожиться из-за какой-то глупой богини?
Она не глупая! Она реальна, как ты и я.
— Думаешь, что мачеха все выдумала?
— Я думаю, что верю лишь в силу своей руки и остроту катаны. Как и мой отец, и мой дед, и все мужчины Минамото.
Таро совсем меня не убедил, и, видимо, растерянность отразилась на моем лице, потому что он сказал.
— Ты же читала старые легенды… Кицунэ — богиня-лисица. Хитрая и лживая. Она питается душами глупых путников, которых заманила в свою ловушку. Которых заставила свернуть с пути. Даже если бы, — он усмехнулся, — даже если бы я верил во все эти россказни, то никогда бы не поверил ни единому слову Кицунэ. Она обманула твою мачеху, Йоко.
Как и меня.
— И больше не смей из-за этого тревожиться, — Таро вновь опустился на спину на футон и утянул меня с собой.
Я положила голову ему на грудь, вслушиваясь в ровное, спокойное биение сердца. Это вселяло уверенность и отгоняло страх. Я крепко, изо всех сил зажмурилась. Таро не верил в богов, а я толком не знала, какие боги населяют этот мир. Но одно я знала точно: я буду молиться всем, кому смогу, чтобы он поскорее вернулся домой. Вернулся домой живым, без новых ран и шрамов, и мы встретились бы с ним в поместье Минамото еще до весны, до того, как расцветет сакура. Я буду очень, очень хорошо молиться.
Не сдержавшись, я глубоко, судорожно вздохнула.
— Засыпай, — прошептал Таро и поцеловал меня в макушку. — И ни о чем не тревожься.
Как я могла не тревожиться, ведь столько опасностей ждало нас всех впереди?..
Но одно я знала точно. Когда его большая рука сжимала мою ладонь — вот как сейчас — страх отступал.