Страница 8 из 69
Она ткнула смятой газетой почти в лицо Феофилактовичу.
— Вы напишете опровержение! Немедленно! — надрывалась княгиня, брызгая слюной. — Вы заявите прессе, что я — главная благодетельница вашей помойки! Что я жертвовала вам тысячи! Иначе я сотру этот ваш клоповник в порошок! А вас, очкастого идиота, сгною в долговой яме!
— Позвольте, сударыня… — попытался вставить слово директор, слабо апеллируя к закону. — Это произвол! Я вызову полицию!
— Полицию⁈ Да мой муж вашего пристава с потрохами купит! — Визг Белозерской оглушал. — Пиши опровержение!
Директор попятился под ее напором. Барчук презрительно скривился. Ему явно не нравилось, что Владимир Феофилактович смеет пререкаться с его матерью и тянет время.
— Оглох? Живо, — процедил сынок, делая шаг вперед.
На его пути оказался застывший Яська.
Барчук не раздумывая снова поднял дорогую трость с серебряным набалдашником, намереваясь опустить ее на голову очередного вшивого щенка.