Страница 23 из 79
Квиты? Я чуть не рассмеялся. Нет, моя Хозяйка. Вы совершенно ничего не понимаете. Вы дали безымянной тени имя, дали в мои руки настоящий меч вместо ржавого обломка. Вы дали мне место у своих ног, позволив защищать вас. Такой долг жизни нельзя оплатить ни водой, ни золотом, ни лекарствами. Он вечен.
— Хозяйка, — сказал я, собирая все крупицы оставшихся сил, чтобы голос звучал уверенно.
— Что?
— Тот человек… наемник. Он сказал…
Я отчетливо вспомнил последние секунды его жалкой жизни и слова, которые он выплюнул вместе с кровью. Те самые слова, что я выбил из него, когда Хозяйка стояла слишком далеко и не могла слышать, за мгновение до того, как я проломил его череп о каменную стену.
Глаза Боры мгновенно потемнели, потеряв остатки сна, и стали пугающе серьезными.
— Что он сказал?
— «Тень Дракона».
Бора побледнела так резко, словно из нее разом выкачали всю кровь. Она знала это имя. Её руки непроизвольно сжались в кулаки.
— Тень Дракона… — ее голос дрогнул. — Тайная организация при императорском дворе. Их личные, цепные убийцы, которых спускают только по приказу с самого верха…
Она замолчала, до крови прикусив нижнюю губу. В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина.
— Это не Чхве, — произнесла она наконец совсем тихо, глядя куда-то сквозь меня, в пустоту. Голос звучал надломленно. — Это не мелкая месть уязвленного, отвергнутого жениха. Это большая политика. Кто-то там, наверху, хочет стереть род Ён с лица земли.
Она медленно перевела взгляд на меня. В её расширившихся глазах плескался страх. Не женская паника, а настоящий, ледяной, взрослый страх перед безжалостной силой, которую нельзя победить одним только мастерским взмахом меча.
— Мы в беде, Уджин, в очень большой беде. Мы перешли дорогу тем, кого не победить.
Я стиснул зубы и, игнорируя боль в груди, заставил себя сесть на кровати. Комната качнулась, но я удержал равновесие.
— Не бойтесь, — сказал я твердо, и мой голос больше не дрожал.
Я протянул руку и взял ее ладонь, которой она гладила мои окровавленные волосы прошлой ночью. Медленно, не сводя с нее тяжелого взгляда, поднес к своим губам. И, глядя прямо в её расширенные от удивления глаза, благоговейно коснулся пересохшими губами ее костяшек. Это был не жест раба. Это был жест вассала, клятва верности рыцаря своей Госпоже.
— Пусть приходят Драконы, — тихо, но с абсолютной уверенностью произнес я. — Я оторву им крылья и брошу к вашим ногам. Вы только прикажите.
Она смотрела на меня сверху вниз с нескрываемым изумлением, которое медленно, очень медленно смешивалось с чем-то еще… с отчаянной надеждой? Властный блеск снова начал возвращаться в её глаза.
— Приказываю, — прошептала она, и в этом шепоте снова зазвучала сталь моей Хозяйки. — Выздоравливай быстрее, Уджин. Нам предстоит война.