Страница 52 из 342
— А как ты понимаешь, куда нужно лететь, если тобой не управляет погонщик? Ну, например, как нашел поместье Окайро? – услышав печальную историю, Свон не осталась равнодушной. Ей было жалко малышку Трилли, которую продали в рабство, разлучив с любимым другом. Свон как никто другой понимала чувства Гри и всей душой желала, чтобы драконы вновь встретились.
— Это магия. Очень сильные погонщики могут наговорить маршрут, и я просто физически не сверну с заданного пути. С помощью магии мы с детства намертво привязаны к людям.
— Откуда же ты такой необычный взялся?
— Не знаю. Да и не важно. Для меня главное – найти Трилли. Конечно, после того, как мы снимем с тебя заклятие Смертельной Пелены.
— Разве это возможно? Камиль сказал, что я состарюсь и умру в считанные недели.
— А еще он говорил о любви к тебе. Стоит ли напоминать, что он лжец? – видя, как Свон удрученно покачала головой, добавил: – Не отчаивайся раньше времени, сестричка. Пристроим мальца и займемся тобой.
— Если успеем.
— Успеем, до Дохо крылом подать.
* * *
Замок Дохо открылся взору внезапно. Он врос одним боком в скалу, защищавшую его от врагов и ледяных ветров, дующих с Белого Безмолвия – страны вечных льдов, где обитают невидимые чудовища. О них рассказали Свон в приграничном городе – последнем на их трудном пути в Дохо.
— Ни один путник, вознамерившийся проникнуть в ледяную страну, так и не вернулся назад, – помешивая варево в котелке, рассказывала беззубая старуха, что милостиво согласилась приютить Свон. Сытый Петр тихо посапывал на ее руках, а за стеной жадно жевала солому коза, уже привыкшая к долгим перелетам на спине дракона. – Те, кому посчастливилось вовремя остановиться, видели, как их друзья, спустившиеся на покрытое снегом плато, вдруг взмывали высоко в небо, а потом падали к их ногам. На лицах бедолаг навсегда застывала маска ужаса. Кто-то невидимый предупреждал о грозящей опасности, если им вдруг вздумают последовать за погибшими.
— Что же прельщает смельчаков в столь негостеприимном краю? – поинтересовалась Свон, вытирая капли молока с пухлых щечек Петра.
— Там всюду лежат ледяные кристаллы, которые никогда не тают, – прошептала старуха и многозначительно кивнула. – Они манят своим холодным светом, и охотники за богатством теряют головы. Каждый, кто стоял у отвесной скалы, видел, как густо кристаллы покрывают раскинувшееся внизу плато. Безумцам кажется, только спустись и зачерпни горсть не тающих льдинок, и ты век будешь жить безбедно.
— Ой, а я знаю, о каких кристаллах вы говорите! – Свон вспомнила, что видела эти неимоверно дорогие камни в камбузе «Свирепого», где Роки хранил их в капитанском ящике для продуктов. – Как же их все-таки достают, если невидимые чудовища так усердно охраняют свои богатства?
Старуха не стала скрывать, что небольшие осколки кристаллов можно найти и в приграничной части королевства Эрия.
— Их сбором занимаются скалолазы королевской пограничной службы. Правда, откуда на скалах берутся кристаллы, никто не знает, – бабушка сняла с огня котелок и поставила его на стол. Свон потянула носом. Есть очень хотелось. – Эти самые магические камни сами по себе появляются то тут, то там, словно кто-то щедрой рукой их раскидывает. Поэтому пограничникам чуть ли каждый день приходится совершать обход. Но и наш люд в стороне не остается, так и норовит из-под носа королевских скалолазов камешек-другой увести.
— Контрабандисты что ли? – Свон переложила Петра на кровать и, вернувшись к столу, подтянула ближе к себе тарелку, полную густой похлебки.
— Куда же без них? Где богатство, там и лихой народ, – вздохнула старуха и, протянув краюху хлеба, приказала: – Ешь давай! А то ноги еле волочешь. Сколько же годков тебе, болезная? Чую, в одно время мы с тобой родились. Войну междоусобную помнишь? Я тогда девчонкой была..
Свон едва не подавилась.
Замок Дохо врос в ту часть отвесной скалы, что территориально принадлежала Эрии. Узкие бойницы, расположенные в стратегических местах крепостной стены, хищно смотрели на редких путников, пробирающихся горными тропами. Небольшой двор и нависающие над ним скалы не позволяли приземляться внутри крепости крупным боевым драконам.
Покружившись, но так и не найдя подходящего места, Гри высадил своих пассажиров недалеко от внешней стены замка. Свон, добравшись до нее утопая в снегу по пояс, постучалась в мощные деревянные ворота, для пущей крепости обшитые металлическими полосами. Звук ударов оказался таким слабым, что она сама едва расслышала его. Снимать рукавицы не хотелось: даже в них пальцы начали коченеть.
«Как же в таком холоде живет бедняга Дак, ведь он привык к теплу и роскоши?»
Пока Свон раздумывала, как дать знать людям внутри крепости, что к ним заявились непрошеные гости, ворота открылись сами, и из них выехал отряд всадников. Люди, сидящие на низкорослых мохнатых лошадях, были укутаны так, что открытыми оставались лишь глаза.
Свон отступила в сторону, боясь, что ее собьют с ног.
Только сейчас всадники заметили странную путницу, и по команде старшего остановились. Лошадиные морды напугали своей близостью, и Свон попятилась назад. Оступившись, она упала.
— Кто такая? – раздался грозный окрик. – Откуда взялась?
Свон не успела ответить, поскольку громко заплакал испугавшийся Петрик.
Детский плач удивил крикуна. Он ловко спешился и подошел ближе. Подавая руку сидящей на снегу женщине, поинтересовался:
— Это твой дракон с козой на спине пытается спрятаться между скал?
— Мой, – улыбнулась Свон, представив, как нелегко приходится Гри.
«Надо было козу сразу с собой взять».
— И что ты здесь ищешь, старуха?
— Убежища.
— Какую цель преследуешь, забравшись так далеко?
— Спасение дитя.
Услышав такое, незнакомец взял из ее рук тяжелую сумку, закинул за свое плечо и пошел к воротам. Свон, облегченно вздохнув, поковыляла следом. Петрик за время путешествия набрал в весе и сильно оттягивал руки, поэтому ей тяжело давался поход по глубокому снегу.
Увидев ее шаткую походку, спешился и второй всадник.
— Давайте я понесу ребеночка.
Буря чувств отразилась на лице пожилой женщины, что немало удивило отзывчивого всадника: радость сквозь слезы, облегчение и печаль. Старушка с готовностью отдала Петрика, который в чужих руках сразу же перестал хныкать. Мужчина снял с лица шарф и, подбадривая, широко улыбнулся. Но даже если бы он не открыл лица, Свон все равно узнала бы его.
Перед ней стоял Дак.