Страница 240 из 342
— Ты, Луна, пожалуйста, не обижайся, но я не хочу об этом рассказывать. У нас вообще не принято расспрашивать о личном. А ведь дар и все, что с ним связано, личное, правда? – сказала и поспешно задула свечу.
— Правда. Извини, – если бы не темнота, Лилия заметила бы, как густо покраснела царевна. И кто за язык дернул? Ей тоже не хотелось бы рассказывать, что она монстр, причиняющий людям боль. Хорошо, что в соседке нет черноты, а значит, к ней она может прикоснуться. Когда-нибудь. Если, конечно, та позволит, взять, к примеру, за руку, или обнять.
— Ты не робей, – Лилия перешла на шепот. – Скоро освоишься и перестанешь думать о прежней жизни. Здесь интересно. Вот если бы еще не заставляли носить эти ужасные балахоны, то вообще было бы здорово.
— А здесь много таких, одаренных?
— Я думаю, много. Только я не всех знаю. Пойди, разберись, кто одарен, а кто просто в монастыре служит. Знаешь, – Лилия завозилась в кровати, отчего та заскрипела, – тут есть двое парней, из-за которых все девчонки перессорились. Один работает в лаборатории, другой в библиотеке..
Стелла поднялась на локте, чтобы лучше расслышать, что ей шепчет соседка.
Парни.. Вокруг царевны всегда находились либо пожилые люди, либо сверстники, которых парнями-то никак нельзя было назвать. Стелла почувствовала себя взрослой лишь однажды, когда ей торжественно объявили, что она стала невестой эрийского принца. Даже пыталась вести себя иначе: ходила степенно, говорила тихо, взяла в руки заброшенную вышивку.. Настроя хватило на два дня. Ровно до того момента, как появился Чиж и позвал в лес:
— Мы нашли капканы, которые расставили браконьеры! Айда зверье спасать!
«И как сами не попались в те ловушки? – царевна улыбнулась своим мыслям, вспоминая, как они бежали с диким криком от злодеев. Нянька потом целую неделю лечила рваную рану на колене. – А я ведь даже не почувствовала, что штанина порвалась, и кровь в сапог натекла. След, наверное, до сих пор виден».
Стелла пощупала выпуклый шрам, оставленный обломившейся веткой.
— Так вот, – Лилия продолжала шептать, – на Лозу Стрела глаз положила. Но он так себе, на мой взгляд худосочный какой-то. А вот Ветер.. Ветер, это да.. – соседка мечтательно вздохнула. – Только возле него Осока все время вьется. Поэтому не вздумай даже вид показать, что тебе кто-то из парней понравился. Девчонки со свету сживут.
— Не сживут. Я парнями не интересуюсь, – царевна сунула ладонь под подушку и нащупала рисунок бывшего жениха. – Совсем.
— А сколько тебе лет? – в голосе Лилии слышалось сомнение.
— Тринадцать.
— А! Ну да. Ты еще маленькая. А мне вот скоро пятнадцать и знаешь, как щемит здесь, когда я смотрю на Ветра? – опять возня под одеялом.
«За сердце схватилась», – догадалась Стелла.
— Он такой.. такой..Ты спишь, что ли?
Царевна не ответила. Она опять плакала, хоть и клялась сама себе совсем недавно, что перестанет рыдать по всякому поводу. Что такое щемит сердце, Стелла прекрасно знала, несмотря на свои тринадцать лет.