Страница 104 из 342
— Лорд Гобблер, – Эдуард окликнул мужа Силинды. – Не хотели бы успокоить вашу супругу? Боюсь, если за дело возьмется королевская стража, вы останетесь вдовцом.
Лицо герцога Гобблера, обычно имеющее красный цвет из-за невоздержания в еде и питье, моментально побелело. Его пухлые ножки понесли его в замок, откуда доносились яростные крики и ругательства.
Дождавшись, когда Дак закончит читать письмо, принц тепло ему улыбнулся, взмахнул на прощание рукой и выкрикнул короткое «Арроу!»
Дракон с готовностью развернул крылья, взмахнул ими, вызвав дикий восторг у детей, и взмыл в небо. Сердце Свон заныло. Что ждет их в столице? Что будет с Эдуардом? Признает ли король ее как дочь или постарается скрыть своего бастарда?
«Надо как-нибудь отвлечься, – решила она, – иначе можно сойти с ума».
— Вы не знаете, что происходит в Северной Лории? Какие последние известия?
Она случайно увидела в кабинете пакет с донесением от командующего армией Эрии. Воины который месяц осаждали Бахриманов, запертых во дворце ее бабушки.
— Беатрис Шестая на свободе, – ответил наследник и сделал вид, что занят своими ремнями. – Я не успел тебе сообщить. Донесение пришло вместе с первым письмом короля.
— Это замечательная новость! – воскликнула Свон, не замечая, что Эдуард прячет глаза. – Значит, Камиль сдался? Или погиб?
— Помоги развязать, – попросил принц, указывая на тугой узел на ремне.
После того, как она развязала узел, последовала следующая просьба.
— Из-за этого чертова ремня я сломал ноготь. Поищи, пожалуйста, щипцы, – перед Свон поставили объемную сумку.
Через полчаса, когда среди вороха мелких предметов ни щипцов, ни ножниц, ни пилки не оказалось, и она услышала беззаботное: «А, я видимо забыл их в замке!», – Свон подняла голову и произнесла:
— Чего еще желает Ваше Высочество? Может, поискать живую воду, о которой пишут в детских сказках?
— Знаешь, а она ведь существует! – запальчиво воскликнул Эдуард, и Свон поняла, что сейчас последует цепь рассуждений и доказательств возможности чуда.
— Что вы скрываете от меня? Что-то нехорошее случилось с бабушкой?
— О, нет! Она жива и здорова, – наследник, видя, что Свон взволнована, погладил ее по щеке и сказал, как выдохнул: – Прости, я не хотел тебя расстраивать.
— Неужели вы не понимаете, что нелепые догадки, которые я начну городить, еще больше напугают меня? – Свон глазами, полными страха, смотрела ему в лицо, и Эдуард сдался.
— Камиль сбежал. Воспользовался разрушенным акведуком, убил людей, сопровождающих его, и сбежал. Мы допустили ошибку, решив не устанавливать на такой высоте ловушки. Казалось немыслимым туда забраться, однако Камиль смог и, воспользовавшись порталом, скрылся в неизвестном направлении.
— Петрик!!! – воскликнула Свон. – Он мог узнать о мальчике! Нам нужно в Дохо! Он захочет с помощью сына Халида возродить царство жрецов.
— Милая, успокойся. Меры приняты. В Дохо и мышь не проскочит. И откуда Камиль мог узнать о графе Пигеон?
— Он сам признался, что прикормил в Северной Лории шпионов. А вдруг и в крепости Дохо они есть? Помнишь, в горах, у застывшего водопада, на нас напала злобная тварь? Камиль ее к нам привел через портал. Его любой исход битвы устраивал. Он не думал, что мы справимся с его посланцем.
— Как только мы прилетим во дворец, я распоряжусь о дополнительной охране крепости Дохо. Все будет хорошо, – немного помявшись, принц попросил: – Сними, пожалуйста, Пелену. Я хочу тебя поцеловать. Иначе, мне будет казаться, что я целую твою бабушку.
* * *
Свон никогда не была в столице Эрии. Она носила такое же название, что и страна. Много ли крупных городов видела в жизни Свон? Можно сосчитать по пальцам: шумный Форш, да и тот с высоты полета дракона; необычная столица Северной Лориии с трудным названием Лорнтернвиг, где она провела безрадостные дни.. И вот теперь – Эрия.
Дух захватило от открывшейся ее взгляду панорамы. Город, не ограниченный морем, как Форш, и не загнанный в тесное пространство древнего вулкана, как Лорнтернвиг, вольготно раскинулся на равнинном плато. В центре, словно драгоценный камень, сверкал дворец. Его легкие здания, казалось, парили в воздухе благодаря ажурной архитектуре, сочетающей светлый и темный камень. Сходство с алмазом дворцу придавала строгая геометрия зданий и парковых зон, а также огромные окна, сделанные из цветного стекла, ярко блестевшего в солнечную погоду.
Дракон, описав круг над дворцом, приземлился на широкой площади за центральным зданием. Здесь велось строительство огромного навеса для крылатых обитателей: слышались мерный перестук молотков, шаркающий звук рубанков, визг десятка пил. Король по достоинству оценил непопулярный прежде способ передвижения. Да, содержание драконов обходится дорого, но скорость, с которой они могут перенести воинов из одного пункта в другой, поражала.
Вышколенные слуги, не смотря на явную боязнь, двумя рядами выстроились у приземлившегося ящера, образуя коридор, через который прошли, держась за руки, Эдуард и Свон.
Подобострастные поклоны, стремительно расстилающаяся под ногами ковровая дорожка, спешащий на встречу король – все это заставило Свон зардеться от смущения, но твердая рука принца не позволила ей спрятаться за его спиной. Дойдя до середины образовавшегося прохода, Эдуард остановился и склонил голову, приветствуя короля. Свон присела в низком реверансе.
— Дети мои! – воскликнул Артур Пятый, стараясь обнять обоих одновременно. Радушие, читавшееся на его лице, и светящиеся счастьем глаза тронули сердце Свон. Оно начало биться так сильно, что его стук, должно быть, слышали все замершие в поклоне царедворцы.
«Как много страшных новостей ждет моего отца!»
Впервые Свон встречала Артура Пятого не как властителя Эрии, а как человека, подарившего ей жизнь. Сейчас он не казался ей бледным и некрасивым. Теперь она знала, что король, потеряв любимую, страдал, и его непоказная радость задела душу потерянной дочери. Она вспомнила прием, оказанный ей бабушкой, и невольно поставила жирный плюс королю Эрии.
— Ваше Величество, – начал Эдуард, настороженно принимая объятия короля. – Мне нужно с вами незамедлительно поговорить.
— Потом. Всё потом. Отдохните с дороги, – король на какой-то миг задержал руки Свон в своих ладонях.
— Но разговор не терпит отлагательств, – настаивал принц. Оттягивать неприятные дела он не привык.
Король вздохнул: