Страница 65 из 158
И уже спустя минуту такого словесного пинг-понга парни уселись за столик, что облюбовал себе Айдаров. А затем сделали заказ, давая нам негласно понять, что никто никуда не торопится.
Славно.
Но нам с Марьяной оттого было не легче. Ренат то и дело издалека обгладывал взглядом свою рыжеволосую подружку. То же самое, только уже по мою душу делал и Ремезов.
Жуть!
Мы же с моей новой знакомой усердно корчили вид, что ничего экстраординарного не происходит, что нас сюда притащили не силой, заставляя говорить за кашу манную и жизнь туманную, удерживая на лицах покерфейсы.
Последнее у меня, правда, получалось откровенно дерьмово!
С появлением в заведении Кирилла у меня внезапно развилась тахикардия. Честно. Ладошки вспотели, и в животе будто бы завозился огромный клубок змей, принимаясь усердно жалить меня. Кровь наполнилась чистым ядом. Отравила сердце.
И оно, безумное, теперь пыталось суматошно, но со всей дури выломать мне ребра.
Мне стало физически плохо!
А еще...
Боже-боже, мне было до безумия страшно встретиться взглядом с Кириллом. Мне казалось, что если я это допущу, то просто тут же упаду в обморок. Потому что, черт возьми, сразу же в этом темном омуте снова увижу все то, что ему позволила.
— Знаешь, что мне теперь больше всего интересно, Милана? — отвлекла меня от собственных разнузданных мыслей Марьяна.
— Что?
— Даже не то, что Кирилл в тебя на полной скорости вписался — тут и ежу это понятно.
В животе от ее слов бабочки в моменте вытеснили всех змей. А затем разом взмыли в высь, принимаясь порхать там безумным роем. М-м-м, господи...
— И все же? — хрипло спросила я.
— Что будет с Мазур, когда она узнает, кто именно составил ей конкуренцию? — чуть понизив голос, все же донесла мне свою мысль Марьяна.
А я покрылась гусиной кожей.
— Ты про Эвелину говоришь сейчас, что ли?
— Именно, — кивнула рыжая.
— Но...
— Никаких «но», Милана. Чтобы сохранить лицо, Эва согласилась на расставание с Киром. Типа, как не ее бросили, как ненужный хлам, а будто бы то было их обоюдное решение расстаться.
— И что? — пожала я плечами, не успевая проводить параллели.
— Будь осторожна — вот что! Ты просто не представляешь, какая эта Мазур мстительная сука!
— Мне-то, что за дело? — фыркнула я и закатила глаза, но тут же поняла, что Марьяну не обманешь.
— Ладно, тогда не буду засорять твою голову ненужной ерундой, — сложила на груди руки девушка и отвернулась.
Я же пожевала губу, а затем поняла, что просто скончаюсь от любопытства, если все не разведаю про бывшую пассию Кирилла прямо сейчас.
И черт его знает почему, но мне было это жизненно необходимо.
— Блин, прости, — прижала я пальцы к губам, ненавидя себя за слабость, но Марьяна только понимающе кивнула мне и снова начала говорить.
— Значит так, — подперла кулачком подбородок девушка, — моя мама трудится в доме Айдаровых больше пятнадцать лет, ну и меня на работу часто берет, как ты уже поняла. А в последние годы частенько устраивает помогать с работой летом, когда постоянный персонал уходит в отпуска. Так что я всю подноготную молодых царевичей знаю.
Она чуть перевела дух, хлебнула чаю, который нам уже давно и незаметно принес официант, а затем снова заговорила:
— У Аида есть двоюродная сестра — Роза Палей. И эта девушка — лучшая подруга Эвелины Мазур, так как их семьи тоже дружат между собой. Так вот — все они часто бывают в гостях у Айдаровых. Там у них подвязки с общим бизнесом и все такое. И я совсем недавно, буквально на днях, услышал краем уха разговор между Розой и Эвелиной.
— На тему? — принялась я грызть нижнюю губу.
— На тему того, что Мазур одержимо хочет вернуть Кирилла. И подозревает, что он бросил ее не просто так, потому что она ему банально наскучила. А из-за новой фаворитки.
— Ну а я-то тут при чем? — развела я руками.
— Просто, если встретишься с ней, не верь ей, ладно? Она, эта девушка, умеет втираться в доверие, уж поверь мне на слово. В любую задницу без мыла залезет! Мазур на первый взгляд очень милая и положительная личность.
— Опиши ее.
— Высокая, стройная, с зачетными сиськами. Агрессивно красивая. Волосы темные, почти черные. Такие же глаза. Пухлые губы. В ней все души не чают...
— Но не ты? — прищурилась я на один глаз.
— Не я.
— Интересно, почему? — спросила я, но девушка отвела взгляд и болезненно скривилась, словно бы я ржавой вилкой расковыряла ее старые раны.
И тут меня осенило.
— Она спала с твоим Аидом, так?
— Закончим разговор, — резко поднялась на ноги Марьяна и с мольбой посмотрела мне в глаза, а затем дернула подбородком в сторону Рената. — И пожалуйста, только ему ничего не говори насчет этого, ладно?
— Я — могила.
— Спасибо!
Спустя всего десять минут мы уже все вчетвером вышли из ресторана на улицу. Я вцепилась в руку Марьяны и тихо взмолилась проводить меня до машины, где все это время меня терпеливо дожидался мой водитель.
Конечно, такому повороту событий Кирилл был крайним образом не рад. Но я лишь уверенно шагала вперед, затем попрощалась с ребятами и села в салон. А там уж слезно попросила, чтобы меня как можно скорее доставили домой.
Тщетно.
Кирилл плотно висел у нас на хвосте. А я поняла, что разговора не избежать.
И, стоило только автомобилю завернуть во двор загородного дома Ремезовых, как я выпрыгнула из салона и огорошила Кирилла, который уже уверенно двигался мне навстречу.
— Я передумала. Никаких свиданий. Все. Точка!
Но в ответ мне Ремезов даже не вспылил, а нежно мне улыбнулся, хотя я вся тряслась, как та Каштанка в ожидании его ответа. Почти прибывала в бессознательном состоянии от этой оглушающей близости и опутанная воспоминаниями того, что я натворила.
С ним.
А потом и с его братом.
— Передумала? — переспросил он.
— Да, — кивнула я.
— Хорошо, как скажешь, — подступил ко мне почти вплотную парень, а затем кончиками пальцев прикоснулся к моему запястью легко, но обжигающе.
— Да?
— Конечно.
— П-почему? — заикаясь переспросила я и недоуменно нахмурилась, а Ремезов мне подмигнул и одним предложением ментально меня придушил.
— Потому что мне важно твое решение. Если ты говоришь мне нет, то как я могу ломать тебя под себя? Разве это любовь? Считай, что я тебя услышал. И да, будь счастлива.
И все.
Отпустил мою руку. Обошел меня по широкой дуге и скрылся в доме.
А я...