Страница 63 из 76
Глава 36. Вечер без масок
За стеклом тянулись вечерние улицы, вспыхивали светофоры, навстречу проносились редкие машины. Где-то вдали сверкнула молния. Похоже, собиралась гроза, но дождь так и не начался.
В машине тихо играло радио. Надя даже не пыталась разобрать слова. Она слишком хорошо слышала собственное сердцебиение. Максим тоже молчал. Только крепче обычного держал руль, и этого было достаточно, чтобы понять, насколько он напряжён.
— Вера сегодня у бабушки, — сказал он, не поворачивая головы. — Осталась с ночёвкой.
Надя перевела взгляд на него.
— Ты заранее договорился?
Голос всё-таки дрогнул. Она поморщилась про себя.
— Нет. Она сама предложила. Сказала, что давно не проводила с внучкой целый вечер.
Надя кивнула, хотя вопросов стало только больше.
Совпадение?
Или он всё-таки позвонил матери раньше и попросил забрать Веру, потому что уже решил, что сегодня между ними всё изменится? Она не стала спрашивать. Не потому, что ответ был так важен, а потому, что после него дороги назад уже не останется.
Машина свернула в закрытый жилой комплекс.
Ровные дорожки, аккуратные газоны, невысокая подсветка вдоль тротуаров. В окнах домов ещё горел свет. Где-то лаяла собака. Почему-то раньше Надя представляла, что Максим живёт совсем в другом месте. Ей казалось, его квартира должна быть такой же холодной, как он сам.
Макс припарковался и заглушил двигатель. Надя задержала дыхание.
— Пойдём, — тихо сказал Максим.
Она вышла из машины. Колени всё ещё были ватными, ладони вспотели. Стоило ему взять её за руку, как напряжение стало ещё сильнее. Его ладонь оказалась тёплой, уверенной, и Надя неожиданно крепче переплела с ним пальцы.
До подъезда они дошли почти молча. Двери лифта закрылись и Максим шагнул ближе, прижал её к стене и несколько секунд просто смотрел ей в глаза. И в его взгляде было столько сдерживаемых эмоций, что Надя почувствовала, как снова начинает сбиваться дыхание.
— Я больше не могу ждать, — сказал он.
Голос звучал низко и хрипло, Надя подняла голову.
— Тогда не жди.
Максим едва заметно улыбнулся и провёл кончиком носа по её шее, задержался на мгновение. Его руки всё ещё были напряжены. Надя понимала, каких усилий ему стоит держать себя в руках.
Дверь квартиры открылась. Максим пропустил Надю вперёд. Она сделала несколько шагов и остановилась посреди гостиной, оглядываясь по сторонам.
Комната оказалась просторной. Большой диван, низкий журнальный столик, панорамные окна с видом на город. Внизу тянулись освещённые проспекты, в окнах соседних домов ещё горел свет. На столике стояла тарелка с фруктами. Рядом — несколько свечей.
Надя перевела взгляд на Максима.
— Ты всё-таки готовился.
Он закрыл дверь и улыбнулся.
— Надеялся, что этот вечер закончится здесь.
Она усмехнулась.
— Только надеялся?
Максим сделал несколько шагов ей навстречу.
— Нет. Был почти уверен.
Он остановился совсем рядом.
Надя хотела спросить, откуда у него такая уверенность, но слова уже потеряли смысл. За последние дни между ними произошло слишком много. Они оба долго делали вид, что способны держать дистанцию, хотя каждый разговор, каждый случайный взгляд только сильнее её сокращал.
Максим коснулся её щеки осторожно, лишь кончиками пальцев.
Надя закрыла глаза всего на секунду, а когда снова посмотрела на него, увидела, что он ждёт. Не торопит. Даёт ей возможность сделать последний шаг самой.
Она подалась вперёд, сокращая оставшееся расстояние. Их губы встретились почти одновременно.
Первый поцелуй длился всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы всё напряжение последних недель наконец исчезло. Второй был совсем другим — долгим, жадным, без прежней осторожности.
Максим обнял её крепче.
Надя запустила пальцы в его волосы, потом провела ладонью по воротнику пиджака. Он тихо выдохнул ей в губы.
— Я думал об этом каждый день, — признался он.
Она подняла на него глаза.
— Я тоже.
Несколько секунд они просто стояли рядом, не отводя взглядов. Максим коснулся её лба своим.
— Если сейчас остановимся, потом будет ещё сложнее.
Надя улыбнулась.
— Тогда зачем останавливаться?
Максим повёл её в спальню. Он развевал Надю медлоенно, касаясь руками так нежно, что она вся горела от желания. Он двигался неспеша, покрывал её кожу поцелуями, а потом резко отстранялся, словно желая насладиться её удовольствием.
Максим убрал её руки, когда Надя притянула его ближе. Он зажал их над её головой и укусил в шею. Она вскрикнула.
— Просто получай удовольствие.
И она получала, полность отдавшись страсти. Максим не сдерживался, но он не доставил ей боли. Напротив, каждое резкое движение он стирал нежными поцелуями.
Разнеженная Надя устроилась у него на плече и машинально рисовала пальцами круги на его предплечье. В комнате было тихо.
Максим первым нарушил молчание.
— Ты как?
Она подняла голову.
— Хорошо.
Ответ прозвучал так просто, что она сама улыбнулась.
— Очень хорошо.
Он внимательно посмотрел на неё, будто пытался понять, не говорит ли она это только для него.
— Правда?
— Правда.
Надя немного помолчала.
— Наверное, это был самый счастливый вечер за очень долгое время.
Уголки его губ дрогнули.
— Вечер ещё не закончился.
Она тихо рассмеялась.
— Ты всегда настолько уверен в себе?
— Только рядом с тобой.
Она приподняла бровь.
— Неожиданное признание.
— Сам удивлён.
Надя коснулась пальцами его щеки. Днём это лицо снова станет привычно спокойным и собранным. Сейчас Максим выглядел совсем иначе. Расслабленным. Настоящим.
— Знаешь, что меня больше всего удивляет? — спросила она.
— Что?
— Что в офисе ты производишь впечатление человека, который вообще не умеет улыбаться.
— Работа такая.
— Не верю.
— И правильно.
Она снова рассмеялась.
Максим обнял её крепче и поцеловал в макушку. Некоторое время они просто молчали.
— Ты жалеешь? — неожиданно спросил он.
Надя даже не задумалась.
— Нет.
— Совсем?
— Совсем.
Он кивнул, глядя в потолок.
— А я жалею.
Она сразу напряглась.
— О чём?
Максим повернулся к ней.
— Что не перестал упрямиться раньше.
Она облегчённо выдохнула и несильно толкнула его в плечо.