Страница 47 из 76
Глава 26. Тени прошлого
Такси ехало по ночному городу. За окном мелькали огни, светофоры, витрины уже закрытых магазинов. Надя смотрела в окно, чувствуя, как бешено колотится сердце. Максим Андреевич сидел рядом. Он не смотрел на Надю, но его присутствие было везде: в запахе парфюма, в тепле, которое она почти физически ощущала, в том, как стучал её пульс.
— Вы сегодня другая, — сказал он вдруг, не глядя на неё. Спокойно, как будто констатировал факт.
Надя не знала, что ответить. Промолчала.
— Вы меня не видели, — продолжил он. — А я на вас смотрел.
Она повернула голову. Он всё ещё смотрел в окно. Профиль — чёткий, резкий, с лёгкой небритостью, которая делала его ещё более… Она не знала, каким. Не хотела знать.
— Зачем? — спросила она.
— Потому что вы красивая, — повторил он. — И потому что вы сегодня улыбались по-настоящему.
Надя молчала.
— С партнёрами, с гостями, — сказал он. — Вам нравилось. Это было видно.
Надя будто забыла все слова, все правила приличия вылетели из её головы. Достав телефон из сумки, она написала Лене, что уехала.
____
Такси остановилось у её подъезда. Максим вышел первым, протянул руку. Она опёрлась, вылезла из машины, всё ещё прихрамывая. Он захлопнул дверь.
— Я сама дойду, — сказала она.
— Хорошо, — сказал Максим и пошёл рядом.
Они поднялись на лифте на её этаж. Лифт был небольшим, с зеркалами в царапинах и тусклым светом. Надя смотрела в пол, он — на неё.
— Спасибо, что проводили, — подняла глаза она.
— Не стоит, — сказал Максим.
Он так смотрел на неё, что ноги подкосились. Максим снова наклонился, но Надя ойкнула, резко достала ключи и повернулась к двери.
— Спокойной ночи.
Надя зашла в квартиру, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Она дрожала.
— Ты психолог, — прошептала она себе. — Ты должна понимать, что с тобой происходит.
Она понимала. Но не хотела признаваться.
Надя кинула туфли на пол, расстегнула платье и разложила его на диване. Она зашла в ванную и ей так отчаянно захотелось продолжить этот сумасшедший вечер, что она решила включить музыку. Взяв телефон в руки, она увидела оповещение от Реалиста.
"Как прошёл вечер?"
Она улыбнулась.
"Вы были правы. Иногда отвлечься полезно".
"Я всегда прав".
"Спокойной ночи, Реалист".
"Спокойной ночи".
______________
"Как настроение?"
Надя усмехнулась. Он не спрашивал "как дела" — всегда конкретно. Каждое её утро теперь начиналось с сообщения от Реалиста. Она к этому даже привыкла — последнее время они много переписывались.
"Подумываю купить себе новые туфли".
Она отложила телефон, допила кофе и пошла собираться. Воспоминания о прошедших выходных никак не выходили из головы. Особенно одно — как Максим смотрел на неё, танцуя с той, в красном. И как потом вёл её сквозь толпу, не отпуская локоть.
Надя поймала себя на том, что про себя называет начальника просто "Максимом", без отчества. Это случилось незаметно — где-то между тем, как он подхватил её под локоть, и тем, как сказал "вы сегодня красивая". Она не боролась с этим. Но внутри что-то ёкнуло — тревожно, сладко, опасно.
"Ты психолог", — сказала она себе. "Ты должна понимать, что с тобой происходит".
Она понимала, но не хотела признаваться.
Надя заметила, что анонимных писем было всё больше, а вот запросов о личных консультациях — меньше. Надя работала, но чувствовала, что стоит на месте. Нужно было действовать.
Она пошла к Галине Петровне — лично напомнить о себе. Дверь была приоткрыта, и она уже хотела постучать, когда услышала голоса.
— Я сделаю всё, что нужно, — говорила Светлана. — Она долго не продержится.
— Тише, — ответила Галина Петровна. — Стены имеют уши.
— Пусть слышат. Я не боюсь.
Надя замерла. Внутри всё вскипело от злости. Холодной, чёткой, как удар. Она не договорилась с кем-то — она действовала. И Галина Петровна была с ней заодно.
"Я же просто делаю свою работу!" — подумала Надя. — "Почему я в чём-то виновата?"
Она отошла от двери, сделала вид, что только подошла, и постучала.
— Войдите, — сказала Галина Петровна.
Надя зашла. Светлана стояла у стола с папкой в руках, смотрела на Надю с таким выражением, будто та была грязью на её идеальных туфлях.
— Вы обещали согласовать план ещё на прошлой неделе, — сказала Надя, положив папку на стол. — Я принесла ещё новый экземпляр на случай, если вы потеряли прошлый.
— Оставьте, — сухо ответила Галина Петровна. — Я посмотрю.
Светлана вышла, даже не взглянув на Надю. Надя вышла вслед за ней и в коридоре услышала, как Светлана говорит кому-то по телефону, не сбавляя шага:
— Он сам её выгонит, когда увидит, что она не приносит пользы.
Надя сжала кулаки, но промолчала. Не её метод — устраивать скандалы в коридоре. Она вернулась в кабинет, закрыла дверь и долго смотрела в одну точку. Её мысли прервал звонок телефона.
— Надежда Соболева? — спросил уверенный женский голос. — Меня зовут Вера Александровна Ковалёва. Игорь Семёнович передал, что вам нужно экспертное заключение.
— Да, — Надя выпрямилась. — Спасибо, что позвонили.
— Игорь Семёнович говорил о вас только хорошее, — голос эксперта был спокойным, деловым, без лишних эмоций. — Я посмотрела ваши тезисы, которые он мне переслал. Всё выглядит профессионально. Но для заключения нужны полные материалы.
— У меня всё готово, — сказала Надя, чувствуя, как внутри разливается облегчение. — Я отправлю сегодня же.
— Хорошо. Я подготовлю заключение в течение нескольких дней. Если будут вопросы — я на связи.
Надя продиктовала свою рабочую почту, поблагодарила и положила трубку. Ещё раз проверила все файлы, вложила их в письмо, нажала "отправить" и откинулась на спинку стула. Теперь оставалось только ждать.
Ближе к вечеру в коридоре появилась незнакомая женщина. Высокая, худая, с дорогой сумкой и взглядом, который ощупывал всё вокруг. Надя заметила её случайно — вышла на кухню и увидела, как та проходит мимо, направляясь к кабинету Максима. Но заметив Надю, женщина изменила маршрут и подошла ближе.
— О, новенькая? — спросила она с лёгкой усмешкой. — Макс няню сменил?
Надя поняла, кто это. Бывшая жена Максима. Похожа на Веру — тот же разрез глаз, та же линия бровей. Но в глазах — холод, который Надя не видела даже у Макса в самые тяжёлые дни.
— Я психолог компании, — ответила Надя спокойно.