Страница 45 из 71
— Не о том речь, — покачал головой старик. — Чада, чтобы плоть от плоти и кровь от крови, есть у тебя?
Я покачал головой.
— Не было ни в прошлой жизни, ни в этой.
— Тогда ты не поймешь, — со вздохом сказал Крачун. — Ни отец, ни мать никогда себя не простят, коли помочь отрокам своим в миг нужды не смогут. И дело не в причинах, а в том, что рядом не находились тогда, когда должны были.
Слова старика, казавшегося до этого холодным и безжизненным, тронули меня. Сейчас он не говорил загадками, не хитрил и не юлил. Каждое его слово пропитывали неподдельные эмоции, но причина, по которой Крачун поделился со мной чем-то столь сокровенным, оставалась неясна.
— Почему ты мне это рассказываешь? — прямо спросил я, глядя ему в глаза.
— Чтобы ты лучше понял то, что услышишь позже, — вновь отвернувшись, владыка Подземного мира повёл меня глубже в свои владения.
— Погоди про то, что дальше, — мне надоело плестись позади, и я догнал старика, зашагав с ним рядом. — Что с Ягишной сталось-то? Попала она в твоё царство и что, разом озлобилась?
— Не разом, — покачал головой Крачун. — Поначалу противилась, но потом Кош её на свою сторону склонил.
— И ты не вмешивался?
— Думал, что так ей лучше будет.
— А теперь думаешь иначе?
— Теперь и вовсе не знаю, что думать, — признался Крачун и, судя по интонации, далось ему подобное откровение непросто. — Как видишь, отец из меня скверный. Поэтому и попросил тебя приглядеть за дочкой.
— Ну, тут ты не первый, — криво усмехнулся я, вспомнив царя Всеслава и Забаву. — Уверен, что с выбором не ошибся? С Кошем-то прогадал.
— Так ты и не Кош, — в тон мне ответил Крачун. — Поглядел я, как ты с домашними обходишься, и как всякая тварь в лесу тебя уважает. Дурного человека али лешего страшились бы, а с тобой всё иначе.
— Сочту это за комплемент, — пробормотал я.
— Давай без ваших мудрёных словечек, — покачал головой старик. — Ягишне с тобой хорошо и спокойно. Вот и всё. Али она тебе в тягость?
— Нет, — я нисколько не покривил душой.
— Вот и славно, — старик будто бы собирался похлопать меня по плечу, но воздержался.
Или мне всё это просто показалось?..
— Знаешь, — я немного помолчал, раздумывая, правильно ли поступаю. — Мне кажется, что тебе нужно поговорить с дочерью. Рассказать ей о том, какой она была и о том, что у неё есть отец. Хуже от этого не станет.
Владыка Подземного царства кивнул, но я так и не понял, собирается ли он прислушаться к моему совету или нет. В любом случае, решать это не мне.
— Теперь, когда про Ягишну мы поговорили, давай обсудим иное, — Крачун свернул в ближайший тоннель, откуда доносился тихий и уже знакомый мне шелест Пучай-реки.
Мы прошли по коридору, огибая бесчисленные сталагмиты. Вместе со свисающими сверху сталактитами они напомнили мне гигантские челюсти какого-нибудь подземного чудовища. А мы, стало быть, идём у него прямо в пасти. Мда, не лучшее сравнение…
Но дальше было ещё хуже. Крачун привёл меня в то место, где некогда стоял трон Коша. С тех пор как мы пересекались тут с мрачным кровожадным маньяком в чёрной броне, вокруг мало что изменилось. Разве что тот самый трон пустовал, да и теней рядом с ним не наблюдалось. Узники в клетках всё так же стонали и слабо извивались, тьма по углам казалась живой, жутко воняло тленом, и Пучай-река всё так же неспешно текла то в одном, то в другом направлении, а иногда и вовсе замирала. А ещё уровень воды — или что там в ней текло — вроде как повысился. Он ещё не доходил до высоких берегов, но определённо к этому стремился.
— Заметил? — Крачун проследил мой настороженный взгляд.
— Вроде того, — я подошёл к краю берега и присел на корточки, вглядываясь в вязкую ониксовую жижу. На её поверхности то и дело вздувались похожие на гнойные наросты пузыри, которые беззвучно лопались, разбрызгивая чёрные сгустки и отравляя воздух поистине лютой вонью. Мне даже захотелось прикрыть рот и нос рукой, от отвращения.
— Этих штук раньше не было, — я указал пальцем на ближайший пузырь и чуть отстранился, чтобы тот, если лопнет слишком сильно, не забрызгал меня своим содержимым. Сдаётся мне, эта дрянь потом не отмоется.
— Они пропали, когда сгинул Чёрный лес, — сообщил мне Крачун, тоже поглядывающий на пузыри с неприязнью. — А прежде появились незадолго до того, как он пророс.
— Хочешь сказать, что вся эта дрянь наверху появилась из-за вот этих вот пузырей? — откровенно говоря, подобное объяснение не казалось мне правдоподобным, но в таком месте, как Подземный мир, могло случиться всякое. — Что это вообще такое?
— Тьма, — просто ответил Крачун. Несмотря на то, что старик явно вкладывал в произнесённое слово особый смысл, яснее мне от этого не стало.
— Тьма — это то, что наступает ночью, а вот эта дрянь — нечто иное, — я огляделся в поисках чего-то похожего на палку, чтобы проверить упругость пузырей. Касаться их рукой, а уж тем более лезть в Пучай-реку у меня не было совершенно никакого желания.
— Тьма человеческих душ, если тебе так яснее, — дал более точное определение старик в шубе и поправил её ворот. — Она питает воды Пучай-реки, растворяясь в них и становясь частью моего царства. Но случается так, что тьмы становится слишком много, и тогда она пытается вырваться.
— И получаются разломы? — предположил я, складывая в голове кусочки пазла.
Крачун кивнул. Развивать мою мысль он не стал и предпочёл заделаться слушателем, так что пришлось мне говорить самому:
— Тогда, может, ты с этим что-то сделаешь?
— Пытаюсь, — бросил старик, двигаясь вдоль берега и поглядывая вниз. Глаза его при этом налились таким мраком, что стали похожими на воды Пучай-реки и выглядели двумя бездонными омутами на морщинистом и бледном лице.
— Как-то не очень у тебя выходит, — я догнал его и пошёл с дальней от берега стороны, хотя пахло там столь же мерзко. — Может, подсобить как?
Владыка Подземного мира окинул меня оценивающим взглядом и покачал головой:
— Ты не станешь.
— С чего такая уверенность? — не сказать, чтобы я сомневался в словах собеседника, но мне хотелось узнать больше.
— Потому что я успел тебя узнать, — пожал плечами старик и остановился. — Ты, — он ткнул холодным тонким пальцем мне в грудь, — не станешь делать того, что делаю я, — палец обернулся к груди владельца, — потому как мы слишком разные. — Развёл руками Крачун. — Но ты не похож на остальных. Авось сможешь поступать иначе… — так и не договорив, он таинственно замолчал.