Страница 69 из 72
— Не слишком ли? — даже для него это были существенные деньги.
Конечно, все затраты текущего момента он планировал покрыть «чёрной кассой» спикера. Однако, как человек разумный, по крайней мере, в политических играх, он прекрасно понимал, что ставка может и не сыграть.
Помощник молча нажал символ «Х», а затем и «2».
— Это нормальная цена, — равнодушно ответил Кондрат, куда лучше знакомый со спецификой работы наёмников.
Строго говоря, они действительно подставили Биржу и нанятых ею сотрудников. Для Кондрата это было очевидно с самого начала. Однако идти против сюзерена он не мог. И переубедить в разумные сроки господина не получилось.
Дмитрий Яковлевич хотел было добавить что-то еще, но тут же вздрогнул. Вибрацией сообщил о входящем вызове уже его собственный коммуникатор. Резко запустив руку во внутренний карман, он вытащил гаджет и торопливо ответил абоненту без номера.
— Да, шеф! — бодро рявкнул сюзерен.
Несколько секунд на том конце провода стояла тишина. Наконец, собеседник изволил обронить всего одно слово:
— Заплати.
Побледневший Кардинал лишь выдохнул:
— Обязательно.
Но его никто не слушал. Абонент разорвал связь.
Этот человек, как и всегда, был в курсе всего.
Несколько секунд Дмитрий Яковлевич стоял с коммуникатором у уха, не в силах убрать устройство в карман.
— Мы. Заплатим.
Голос звучал безжизненно.
Кондрат кивнул. Он прекрасно понимал, какую брешь в бюджете господина пробьет эта неустойка. Удар неприятный, но не смертельный. А вот если они лишатся всей силовой поддержки в регионе, то им и впрямь придется туго.
— Кондрат, — бездумно позвал сюзерен, остановившись взглядом на футбольных воротах.
— Да, господин…
— Теперь мы просто обязаны достать заначку спикера.
Ну еще бы помощник не понимал! Наверняка часть неустойки придется покрыть взятыми в «доверительное управление» капиталами шефа. А тут и помереть недолго, если вовремя не исправить ошибку. Но и выхода хорошего не было.
— Знаешь, Кондрат… — задумчиво протянул Дмитрия Яковлевич. — Я хочу кого-нибудь убить.
Соратник лучше, чем кто бы то ни было понимал, что сюзерен серьезен. Но он уже научился работать с подобными ситуациями.
— У меня есть хорошая новость, господин, — ровно произнес он.
— Надеюсь, это и вправду так, — все столь же устрашающе-равнодушно пожал плечами Волконский, разглядывая штангу ворот.
— Мне удалось выяснить личность жертвы Ивана Романовича.
Сюзерен перевел взгляд на помощника. Говори, мол.
«Гроза миновала!» — оценил тот и продолжил:
— Речь идет об Алене Ильиничне, дочери бывшего заместителя воеводы.
Волконский моргнул. Затем еще раз.
— Это не ей ли было выдвинуто обвинение в покушении на Павла Анатольевича?
— Все так, — подтвердил Кондрат. — Ее отцу вменяется содействие в покушении на убийство члена Первой Семьи, государственная измена за сношения со «Свободой воли»…
Кардинал приподнял бровь, но никаких замечаний не сделал, пособничество террористам и подкуп клановых служащих.
— Так, а…
— Алена Ильинична обвиняется в покушении на убийство члена Первой Семьи и терроризме по тем же основаниям.
В этот раз Дмитрий Яковлевич думал несколько дольше. Он прекрасно знал реальную цену этим обвинениям. Но чисто с формальной точки зрения…
— То есть, речь об укрывательстве преступления?
— Нет, — тут же поправил Кондрат. — Ответственность наступает только за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений. Супруг или близкий родственник лица, совершившего преступление, не подлежит уголовной ответственности за такое деяние.
— Хм… — задумался сюзерен.
— Господин, помните, что укрывательством считается лишь заранее не обещанное сокрытие преступных деяний, — со значением сообщил помощник.
— А если?..
— Если сокрытие преступления было заранее обещано, то оба лица подлежат уголовной ответственности за совершённое преступление, — дословно процитировал статью УК империи Кондрат.
— То есть, если верный подданный клана призовет к ответу преступника и его сообщников… — продолжил размышлять сюзерен.
— … То это разрешит все нынешние проблемы, — уверенно закончил помощник.
Дмитрию Яковлевичу понадобилось несколько секунд на размышления.
— Работай, — наконец отдал приказ он. — Только помни, Павел не должен заговорить. Равно как и его сообщники.
Мужчина кивнул.
В таких делах свидетелей не остается. Павел Анатольевич должен умереть первым. Отец и дочь проживут чуть дольше. Илья Григорьевич имел серьезный послужной список. Такого одной болью можно и не сломить. Вот тогда-то и придет время Алены Ильничны.
Ну а после оба отправятся вслед за своим укрывателем на абсолютно законных основаниях. И пусть хоть только одна шавка в клане вякнет после!