Страница 11 из 72
Глава 6
Глава 6
Сергей застыл.
Нет, умом он понимал, что цесаревич — непосредственный сюзерен его брата. Однако курсант никак не ожидал его появления в полевом лагере неподалёку от Богом забытого городка. Если бы здесь не сходились сотни маршрутов — как официальных логистических путей, так и серых схем — этот регион постигла бы судьба забвения сразу после того, как закрылся единственный в городе карьер.
Сейчас же здесь жизнь била ключом. Частенько по голове, как оказалось
— Господин… Ваше Высочество, — отвесил короткий поклон курсант.
Он не испугался. Все-таки Волконские в стране люди не последние. Но растерялся слегка. Эмоциональный камертон вновь качнулся в противоположную сторону, сбивая с толку.
— Добрый день, Сергей. Можешь обращаться ко мне «Константин Дмитриевич», — спокойно ответил наследник и протянул руку сначала Павлу, а затем и его брату.
Для Волка это был серьёзный момент. Пусть он и член Великого клана, но ни с кем из императорской Фамилии до сего момента знаком не был. На фоне этого события даже в сторону отступили усталость и апатия. На какое-то время.
Строго говоря, большинство жителей империи вообще не знали цесаревича в лицо. Как и полагалось главе Тайной канцелярии, он тщательно следил за своим инкогнито. На официальных же мероприятиях грим аккуратно искажал его черты таким образом, что, встретив наследника престола на улице девяносто девять процентов из тех, кто видел Долгорукого исключительно на официальных церемониях, не узнали бы его. Не говоря уж о том, что допустить мысль о том, что наследника престола можно просто встретить на улице — та еще задача. Со звёздочкой. А вот в Академии СИБ находящимся под грифом слушателям портрет будущего императора показывали.
«И прибраться не успели», — мелькнула быстрая мысль в голове курсанта. Ведь всякий военный знает, что перед прибытием высокого начальства требуется навести марафет, даже если он включает в себя покраску травы и побелку поребриков. Да, последних в лесу явно не хватало. Однако травушка цвета ещё набрать не успела, можно было и подновить. «Что за чертовщина в голову лезет?» — едва заметно качнул подбородком Волк. Но если честно признаться самому себе, то Сергей просто не понимал, как держаться перед будущим наследником трона.
Все-таки первая Семья. Требовалось проявить уважение к Фамилии и организовать…
— Костик! — удивленно воскликнула Лена, никак не ожидавшая увидеть здесь Долгорукого.
Кошкина и Орлова как раз искали обоих Волконских, и, справедливо предположив, что братья находятся там, где основной шум, они направились к глайдеру.
Короткое слово заставило Сергея застыть. Павел задумчиво почесал висок. Марика пока ещё улыбалась. До микроинсульта оставалось три, два… Один! Девушка замерла испугано дожидающимся бампера сурикатом, пытаясь вписать ситуацию в доступную ей картину мира. Получалось откровенно бездарно.
— Ваше Высочество, — наконец поклонилась она.
Мало кто представлял, как надо. Сведения о правилах поведения с венценосной особой большинство черпало из телевизионных передач. Нет, Сергей припоминал что-то такое из курса общего этикета, но тогда «вся эта муть» его не интересовала совершенно. «Небожитель» вполне справедливо подозревал, что случайно встретиться с будущим императором ему не доведётся. А это значит, что время обновить знания будет при помощи церемониймейстера.
К тому моменту, как пара Орлова-Волконский уже мечтала телепортироваться подальше от неловкой ситуации, Кошкина начала подозревать, что сделала что-то не то.
— Ой! — сообщила она всему миру.
— Привет, — спокойно ответил ей Долгорукий.
Он прекрасно понимал, что именно произошло. Старая привычка ещё со времён посиделок на кухне Фила сработала быстрее мозга. Тем более, он сам дал ей право обращаться к нему привычным образом. Вот только и предположить не мог, что встретит когда-нибудь девушку в «официальном» качестве при свидетелях.
Целительница слегка порозовела. Павел же покраснел. Нет, ну правда, ему реально сложно было сдерживать рвущийся наружу смех. Уж больно забавно смотрелись Сергей с Марикой. Оба старательно делали вид, что прямо на их глазах небо рухнуло на землю. Непроизвольно.
— Я, наверное, пойду, да, — с некоторой заминкой кивнула целительница.
Смотрела она при этом исключительно на Павла.
— Иди, иди, — с трудом хрюкнул он.
— Увидимся позже, — всё так же ровно попрощался Константин Дмитриевич, погружая невольных свидетелей в еще больший ступор.
Кошкина уже собиралась покинуть место представления, как её догнал негромкий голос:
— Елена.
Девушка притормозила.
— Благодарю за отличную работу. Мои люди готовы присоединиться к вам в исследованиях химер и связанных с ними ритуалов Крови.
Павел выдохнул — с облегчением (аккуратно внешне, но с большим чувством мыслено). Одной фразой цесаревич давал понять одну простую вещь: целительнице с этого момента не грозит опасность вновь оказаться в Багряной палате. Во всяком случае, за ее запрещенный Аспект. Парень искренне надеялся, что Лена вряд ли заслужит «второй заход». Хотя бы потому что большинству даже самых опасных преступников империи не хватает и жизни, чтобы прокатиться на «чёрном воронке».
Девушка задумалась. Она очень устала за прошедшие сутки и потратила кучу энергии, отчего сейчас мыслительный процесс давался ей тяжело. «Озарение» пришло неожиданно.
На глазах изумлённых зрителей Кошкина… прыгнула императору на шею.
Павел похолодел. Словно в замедленной съемке он наблюдал за «полетом» целительницы, молясь, чтобы охрана будущего императора не пристрелила счастливую девицу.
— Фу-у-у-ух, — выдохнул Павел, меланхолично размышляя, насколько ему повезло с девушкой.
Вернее, с обеими. Но едва не довела его самого до инфаркта все-таки Кошкина.
Целительница «долетела». Живой. И крепко стиснула «Костика» в объятиях.
Через секунду она сообразила, что именно сотворила. Рывком разжала руки и отступила на шаг и задумчиво похлопала наследника престола по плечу.
— В общем… — начала она. — Спасибо, буду рада видеть твоих… Ну, то есть, ваших людей.
Последняя фраза смотрелась анекдотичной версией оправдания, застуканного на прямо на любовнице мужа: «Дорогая, это не то, что ты подумала!».
Павел уже особо не скрываясь, двинул себя ладонью по лбу. Нет, конечно, у Кошкиной была тяжёлая ночь — раненых ей досталось немало. Но чтоб так…