Страница 15 из 226
— Так я была личной горничной вашей маменьки, госпожа. — Она встала и принялась вытирать пролитый отвар тряпкой. — Но как отец забрал вас и запечатал усадьбу, я вернулась в свою деревню при поместье. Я росла с вашей маменькой, и мне было тяжело пережить ее потерю и ваше состояние. А пару лет спустя моего мужа убили перебежчики. — Фания сжала тряпку в кулаке. — Мы-то совсем на границе живем тут. А как услышала, что возвращается барыня, так двух сынков своих оставила за старших на хозяйстве и в первых рядах пришла наниматься.
Она закончила рассказ с улыбкой, пусть и грустной, выжимая тряпку над ведром.
У меня появилось много ответов и много вопросов.
Стало понятнее состояние Микэль — жизнь ее явно не баловала.
Не могу оправдывать ее за поступок с Аникой, но та явно была сломлена как минимум смертью матери. Найти собственную маму повешенной..
Меня передернуло.
Я посмотрела на кухарку, что снова возилась у плиты, пробуя что-то на вкус с кончика ложки.
— Вы.. — вдруг продолжила Фания, не оборачиваясь, но я слышала напряжение в ее голосе. — Не сердитесь, барыня. Но поищите себе управляющего верного. Я не знаю, насколько вам дорог господин Лукас, но жить он не даст ни поместью, ни вашей дочке. — Она осторожно взглянула на меня через плечо. — Уж видела я, как он с ней обращается. Не гневитесь, барыня, но тогда я думала, и вы такая же. — Фания отвернулась к плите, но продолжила говорить. — Не хочется мне в это верить, я видела, как вы росли. Вы меня и не признали спустя двенадцать лет-то, но я вас помню еще малышкой. Вы всегда были заботливой и доброй.
Несмотря на то, что такая характеристика Микэль меня потрясла, мне захотелось улыбнуться кухарке. Фания вызывает во мне все больше уважения. Пусть и позволяет себе переходить некоторую черту между работником и работодателем.
Что же, с ней я точно против не буду.
— Спасибо, Фания. — Я встала, отряхивая платье. — У меня все как в тумане последние месяцы. Но я это исправлю, свою девочку я не дам в обиду.
Фания кивнула с облегчением, и плечи ее расслабились. Я допила остывший отвар, что успела вновь мне налить кухарка — он оказался из мяты с чем-то еще, успокаивающим — и направилась к выходу.
— Госпожа? — Фания не подняла глаз.
Я остановилась и оглянулась.
— Через пару часов накрою в гостиной на вас и юную госпожу, как проснется. — Я кивнула. — Позвольте попросить?
Я удивилась — не похожа была Фания на человека с личными просьбами.
Но добром добро сыщешь.
— Говори.
— Мара девочка хорошая, росла в деревне тихо и скромно. — Женщина теребила край передника. — В городе даже образование получила, матушка с отцом похлопотали. Дайте ей шанс объяснить все наедине.
— Хорошо, Фания. Я сделаю так, как ты просишь.
Кухарка наконец радостно улыбнулась и полностью вернулась к готовке, а я вышла из кухни, отмечая мысленно, что нашла первую союзницу и надежного человека.
Хочется так верить, но время покажет.
А с Марой я итак сейчас поговорю именно лично — это полностью сходится с моими убеждениями. Никогда не была сторонником публичной порки сотрудников.
За исключением мести обидчикам, но это отдельный разговор.
А теперь, я должна узнать, во что втянута девчонка, прежде чем принимать дальнейшие шаги..