Страница 51 из 82
Глава 9
— Я недоволен тобой, — мрачно проронил Хайлен.
Только крайняя степень изумления не позволила мне ответить ему сразу же. А затем он выразительно приложил палец к своим губам и продолжил:
— Раздаешь клятвы, о которых тебя никто не просил. Заигрываешь с королем… Мы немедленно уезжаем в Вейарну. Мне нужен наследник, а не золотые рога.
— Вынуждена подчиниться, — я постаралась вложить в голос как можно больше гнева, и Хайлен вопросительно приподнял брови.
Я же лишь пожала плечами. Как по мне, так именно так и должна отреагировать обычная замужняя леди. Что она еще может сказать? Нет, уж я-то нашла бы слова, но нам вроде бы не это нужно?
— Мне потребуется платье для последнего Бала – как ты помнишь, мы обязаны быть там.
— Отошлешь свои мерки в столицу, и хватит, — сурово припечатал Хайлен. — Мне нравится твое сегодняшнее платье.
Смутившись, я отвела взгляд. Подыскивая ответ в духе происходящей ссоры, я не заметила, как карета остановилась.
— Нам пора выходить, — мягко проговорил герцог.
Выйдя, он привычно подставил мне руку. А я… Я ее приняла. Мы не враги. Не соперники. Мы в одной команде, а значит, компромисс возможен.
— Вещи уже собраны, — проинформировал он меня, а затем аккуратно снял с моего плеча что-то похожее на цветочный лепесток.
Растерев его в пальцах, он добавил уже куда спокойней:
— Я боялся за тебя.
— Думаешь, мне могли причинить вред? — нахмурилась я.
Он серьезно сказал:
— Мы поговорим об этом в моем замке. Там, где менталисты давали клятвы мне, а не лорду Ранкле. У нас будет еще одно дело. Ферран, приведи ее.
Я вопросительно посмотрела на Хайлена:
— Ее?
— Ты, вероятно, сама придумала причину, по которой я не уволил Милдред.
— Не сама, — фыркнула я, — вы с Анхелем вещали о том, что не можете оставить ее в Эрандаре.
— Верно, — кивнул Хайлен, и в его холодных глазах появилось странное выражение, — и ты поверила.
В голосе герцога не звучало осуждение. По правде, там вообще ничего не звучало, но… Я была уверена, что он недоволен.
— Ты бы хотел, чтобы я придумала какое-то другое оправдание?
Он покачал головой:
— Нет. Но сейчас я на многие свои поступки смотрю с некоторой долей осуждения.
— Поздравляю, у тебя проклюнулась совесть, — фыркнула я.
Такой Хайлен настораживал. Я уже смирилась с тем, куда он меня втянул. Тем более что меня так и так не ждало ничего хорошего.
— Милдред подкупили. — Он повернулся к особняку. — Она должна была вывести из строя любого, кого я приведу в дом. Я боялся, что ее шантажируют жизнями близких, поэтому выжидал.
Судя по тому, как горько искривились его губы, дело было не в родных.
— Но это были просто деньги, — с искренним отвращением произнес он. — Она не получила должность управляющей замком, хотя и претендовала на нее.
— Управляющий должен быть сильным магом, иначе как он будет ворочать малыми стационарными щитами? — оторопела я. — Милдред выгорела бы в первый же день!
— Именно так, — кивнул Хайлен. — Но она восприняла это как личную обиду. Я взял и ее, и Феррана с собой в Эрандар, чтобы подчеркнуть их значимость и равенство.
Из парадных дверей вышли Ферран и Тиллеман. Между ними уныло брела Милдред. Она словно бы постарела.
— Цена твоей преданности — три тысячи монет, — сурово проговорил герцог. — Милдред Райс, дочь Вариен Райса, моя бывшая подданная, ты слышишь меня?
— Слышу, — прошелестела она.
— Ты продала свою верность другому, предала свой край и интересы своего лорда, — продолжил Хайлен. — Отныне и навсегда тебе запрещено возвращаться в Вейарну. Твое имущество было оценено и выкуплено. Есть ли у тебя сомнения?
— Нет, — она посмотрела на герцога, — умоляю о снисхождении.
— Вейарна не прощает предателей, — сухо сказал герцог.
— Тем более тех, кто продался за деньги, — с отвращением проговорил Ферран.
Тиллеман бросил на меня короткий взгляд, после чего виновато отвел глаза. Целитель ничего не знал? Милдред пела ему в уши что-то другое?
— Прошу…
— Хватит, — резко произнес Тиллеман. — Ты ведь продолжила строить козни. Я должен просить прощения у леди райн-Рейвис.
Хайлен обернулся на меня:
— Эльсанна?
— Раз должен, — я голосом выделила это слово, — то пусть просит.
Тиллеман опустил голову:
— Молю о прощении, леди. Я позволил себе недостойное отношение к вам. И в этом лишь моя вина. Прежде чем слушать чужие слова, следовало самому включить голову.
Он смог найти правильные слова. Наверное, если бы он свалил все на Милдред, то я бы окончательно в нем разочаровалась, а так:
— Ваши извинения приняты, господин Сайорти.
Он поклонился, а затем Хайлен увлек меня к дому. Тиллеман и Ферран повели Милдред к выходу с территории поместья.
— Ты думаешь, что это слишком слабое наказание для ее проступка, — уверенно проговорил герцог.
Но я его удивила:
— Ничуть. Смертная казнь давно запрещена, а даже если бы и нет, то женщин отправляют на каторгу. Огласка нам сейчас ни к чему, вот и получается, что изгнание выгодно именно нам. А Милдред… Ей придется очень тяжело. Сколько бы ты ей ни выплатил за имущество, в столице это просто мелочь. Куда она пойдет работать? По сути…
Я замолчала, но он понял мою мысль:
— По сути, это та же смертная казнь, только долгая и законная, да.
Мы вошли в особняк, и ко мне тут же ринулась Элиза. С докладом. Тетушка прекрасно себя чувствует и уже готова к путешествию.
— Мы поедем в дилижансе? — осторожно спросила я.
— Пройдем порталом до границы Вейарны, а дальше на санях, — улыбнулся Хайлен. — Это быстро, тепло и удобно.
— Я подготовила для вас одежду, — Элиза заговорщицки подмигнула, — тепленько будет и удобненько!
Служанка вилась вокруг меня, как шмель, присматривающий себе первый весенний цветок. Девушка проболталась, что всегда мечтала побывать вне столицы и теперь ей не терпится увидеть Вейарну.
— Говорят, что они запрягают в сани коней из снега и льда. — Она сноровисто заплетала мои волосы в две простые косы. — А еще в небе реют призраки. И если увидишь такого, значит, жить тебе недолго осталось.
— И ты готова отправиться со мной в такое страшное место? — удивилась я.