Страница 9 из 13
— Возможно, но она вышла вместе со всеми. Гости ходили по саду — полюбовались на альпийскую горку, а потом разбрелись. Кто-то вернулся в дом, чтобы посетить ванную комнату, кто-то любовался цветами. Люди не следили друг за другом. В какой-то момент мисс Нэш прошла в дом. Через несколько минут доктор Престон проследовал за ней... и нашëл еë в гостиной у чайного стола — умирающей.
Джерелдин содрогнулась.
— Но что именно случилось? Леди Вудвилл сказала, там был цианид. В чëм?
— Когда лаборатория даст ответ, мы будем знать точно, а пока предполагаем, что яд был в чае или в джеме. Там была маленькая баночка с домашним джемом, и судя по тому, что из руки мисс Нэш выпала ложка с остатками этого джема...
— Баночка с оранжевой крышкой? — вскричала Джерелдин.
— Да, но...
— Вот! Я же сказала, что Китти убили! Я же сказала, леди Вудвилл, помните, я же сразу сказала! В эти маленькие баночки Китти раскладывала джем из плодов шиповника. Она сама его варила. Такой оригинальный вкус, не каждому по душе... собственно, только она его любила и ела. Кто-то положил в этот джем цианид!
Джерелдин вся дрожала.
— А что, гости знали, что там джем из шиповника, который ест только мисс Нэш? — нахмурился инспектор Редли.
— Все, кто бывал у нас, знали. Ещё смеялись над тем, что Китти варит джем только для себя. Она всегда всем его предлагала, но никто не хотел. И я в том числе. Этот джем — он слишком... неординарный. Все обычно едят апельсиновый или клубничный, а Китти любила из шиповника. Теперь вы видите, что еë убили, инспектор? Видите?
— Почему вы думаете, что ваша тëтя не могла сделать это сама, мисс Хорнби?
— Она ни за что в жизни не оставила бы меня одну, — твëрдо ответила Джерелдин.
— Но если предположить несчастный случай...
— Каким образом он мог бы произойти? Да, у нас хранится цианид, но мы держим его в сарае, на самой дальней полке. Ваши люди, должно быть, нашли его при обыске?
Инспектор задумчиво кивнул.
— Китти не страдала лунатизмом и была в здравом уме. Как можно случайно взять яд из сарая и случайно положить его в джем?
Три старые леди, внимательно следившие за разговором, синхронно покачали головами — никак, мол. Но лорд Вудвилл, до этого молчавший и, казалось, думавший о чëм-то своëм, неожиданно вмешался:
— А слуги? Слуги могли?
— У нас одна служанка, лорд Вудвилл, — Энни, и она три дня назад уехала к заболевшей сестре. Там некому сидеть с ребёнком, и Энни бросилась на помощь. Мы с Китти были вдвоём в доме.
Лорд Вудвилл вытянул губы трубочкой, словно удивляясь тому, что у людей может быть только одна служанка, но промолчал.
— А кто был на этом чаепитии, инспектор? — спросила Джерелдин. — Я ведь приняла лекарство и уснула до того, как гости начали собираться. Потом я их видела... но не всех. Леди Вудвилл сказала, что не было мистера Рокниша, это так?
— Да, его срочно вызвали на какую-то дальнюю ферму помочь корове, которая не могла отелиться. Он позвонил мисс Нэш и предупредил еë, что не сможет прийти.
— Откуда это известно? — с подозрением спросила Джерелдин.
— Сам мистер Рокниш сказал, я с ним уже разговаривал, и все остальные гости подтвердили. Мисс Нэш успела им рассказать.
— Так значит, у мистера Рокниша есть алиби? — неожиданно вступила мисс Вордси.
— Нет, — медленно проговорила Джерелдин. — На самом деле, мне кажется, ни у кого нет алиби. Неважно, что во время чаепития все вышли в сад. Думаю, дело не в этом. Вчера... нет, уже позавчера... всё перепуталось в голове из-за этого лекарства... в общем, накануне чаепития я днëм несколько часов провела на реке. Рисовала. Я люблю рисовать. Китти оставалась дома одна. Точно знаю, что она как минимум выходила за хлебом, — когда я вернулась, в доме был свежий хлеб. Но, возможно, она ещё куда-нибудь ходила. Любой мог бы прийти к нам в коттедж и быстренько положить яд в джем.
— У кого-то есть ключи от вашего дома, да?
— Мы не запираем двери, — вздохнула Джерелдин. — На ночь — да, но днëм незачем. Не хочется возиться с ключами. И потом — мы же ничего не опасались. Ничего и никого. С какой стати?
Оба мужчины — и инспектор Редли, и лорд Вудвилл — смотрели на неë сердито, явно порицая за такое легкомыслие.
— Мы в нашей деревне тоже запираем двери только ночью, — негромко проговорила мисс Вордси.
— И мы в нашей тоже, — виновато прошептала миссис Грэм.
— Но, знаете, — продолжала Джерелдин, — могло ведь быть и по-другому. Китти находилась дома, а кто-нибудь пришёл. И... не знаю... отвлëк еë внимание... подсыпал цианид...
— Вы тоже любите детективы, мисс Хорнби? — мягко спросил инспектор Редли, почему-то переглянувшись с миссис Грэм.
— Не очень, — простодушно призналась Джерелдин. — Там всё... не знаю, как лучше объяснить... слишком придумано. Я их почти и не читаю. А вы намекаете на то, что моя версия несостоятельна?
— Вообще-то я бы так не сказал. В то, что человек способен подсыпать яд в банку с джемом прямо при хозяйке, я плохо верю, но если мисс Нэш выходила в магазин... вот тут у убийцы — гипотетического убийцы — и впрямь могла появиться возможность действовать, не так ли? При условии, что он знал о баночке с оранжевой крышкой. И о том, что дверь не заперта.
— О дверях у нас все знают, — пожала плечами Джерелдин. — Их никто не запирает днëм, не только мы.
— Разве в вашей родной деревне не так, инспектор?
Интересно, откуда мисс Вордси знает, что инспектор из деревни?
Он только рукой махнул:
— Да, там то же самое. Хотя вообще-то это небезопасно. Но скажите, мисс Хорнби, если кто-то заходил к вашей тëте, пока вас не было, почему она не рассказала вам об этом?
— Не знаю... Забыла? Не придала визиту значения? Если человек просто заглянул ненадолго... Обычно мы делились друг с другом всеми событиями дня, но она же могла просто забыть.
— Или скрыть нарочно, — предположила миссис Грэм.
— Нет! — вспыхнула Джерелдин. — Мы с Китти ничего друг от друга не скрывали!
— Допустим, все знали о незапертых дверях и баночке с неординарным джемом, — не торопясь рассуждал инспектор Редли. — А о том, что у вас в сарае на самой дальней полке хранится цианид, тоже почему-то все знали?