Страница 72 из 89
— Как прикажите, Захар Захарович, — учтиво отозвался воитель, а после с улыбкой поклонился уже мне. — Рад знакомству, младший господин.
— Не надо, — вяло отрезал я, неторопливо шагая вперед. — Я не твой господин. Да и не стою таких почестей.
Хотелось мне того или нет, но сейчас физическая боль отрезвляла. Отсутствие руки невозможно описать нормальными словами, но именно этой жуткой агонии я был сейчас благодарен. Она затмевала собой шепот Опустошителя. Впрочем, я так до конца и не понял, то ли дело было в увечье, то ли во влиянии Руны.
Путь до пространственных врат мы проделали в полнейшей тишине и лишь стрекот дождя и грохот грома продолжал звучать над крепостью. Однако стоило мне ступить за пелену следом за Лазаревыми, как всё резко прекратилось. Звуки затихли. Точнее, они не затихли, они просто изменились. Изменились точно так же, как и запахи, как и весь окружающий мир.
Пока на Альбарре властвовала ночь, на Земле только-только наступал рассвет.
— Рас, подсобишь? — на ходу попросил Зеантар-младший.
Полуальв всё сделал без слов. Стражи даже не успели им поклониться, как мы разом скрылись в пространственной стихии Флараса. В этот раз зрение уже не подводило, а может я просто привык. Стоило прикрыть и открыть веки, как мы очутились на знакомой портальной площадке прямо перед огромной резиденцией Лазаревых. К тому же нас уже встречали.
— Здравствуй, Ранкар, — спокойно поприветствовал меня глава рода Лазаревых.
Однако пока в голосе у того сквозило спокойствие, глаза его вопили об обратном. Тот тщательно, но мгновенно, сканировал мой образ. Причем сделал это с головы до ног.
— Моё вам почтение, хранитель Земли, — скупо отозвался я, слегка тому кланяясь.
Правда, помимо него здесь была не менее важная персона.
— Во имя Катаклизма! — выпалил озадачено Марриуз, брови которого взлетели вверх. — Что с тобой стало, брат⁈ Что с рукой? Что с глазом? Что с…
Тот почти моментально ринулся ко мне, чтобы обнять, но я быстро отстранился назад и выставил целую конечность вперед, а Грация вновь жалобно заурчала.
— Нет, Матвей, не надо, — отрицательно буркнул я, отступая еще дальше. — Не прикасайся ко мне. Я не хочу никому навредить. Сейчас так будет лучше.
— Лучше для кого? — хмуро осведомился хранитель.
— Лучше для всех, — не остался я в долгу.
На портальной площадке вновь воцарилась могильная тишина, но протяжный и тяжелый вздох Лазарева сделал обстановку более напряженной.
— Тар, Рас, Матвей, ступайте в дом, — мягко произнес он. — А мы пройдемся. Да и Грации, думаю, тоже стоит отдохнуть.
Троица Лазаревых и оглядывающаяся на меня оцелота двинулись первыми. Мы же с хранителем задержались и просто ждали, когда они исчезнет.
— Пойдем, Ранкар, немного прогуляемся.
Вот только стоило нам преодолеть портальную площадку и частично миновать террасу, как сзади раздались приглушенные шаги. Кто-то весьма поспешно шел по деревянной половице. Кто-то достаточно лёгкий. Кто-то, кто страшно нервничал. Её страшное волнение я ощутил даже на расстоянии, ведь оно звучало даже в её голосе.
— Влад! Сынок…
Не знаю почему, но с хранителем мы остановились почти одновременно.
Заслышав голос женщины, в голове вдруг зазвучали слова тётки о Лазаревых и её последнее желание, обращенное ко мне. Видит Сущее, когда-то в прошлом я мечтал услышать такие слова, но как жаль, что это было ужасно давно. Однако впервые в своей жизни в их присутствии я не ощутил ненависти или злобы к ним. Случившееся с Искридой напрочь перекрыло всё остальное. Возможно, я просто устал ненавидеть. А может быть, находясь на той самой предательской грани мир в моих глазах стал выглядеть абсолютно иначе.
Так что вместо того, чтобы злиться и ненавидеть я тихо выдохнул и неторопливо повернулся к ней лицом и слегка поклонился.
— Здравствуй, Бээаллинарэ…