Страница 17 из 89
Вдох за вдохом. Секунда за секундой. Миг за мигом. Я не знаю точно сколько времени миновало, но в какой-то момент энергия Морриган стала иссякать. Именно тут и начиналась та самая хрупкая грань. Если я подавлю слишком сильно, то она погибнет, если слишком слабо, то через некоторое время всё вернется назад. Необходимо было забрать и подавить лишь нужное количество, чтобы тело женщины при помощи Лозунга возвратилось в идеальную кондицию. И я забрал. Забрал и подавил необходимый объём.
Прямо сейчас часть проклятой жизни матери Кайсы сжалась до размера золотого аура. Невиданная концентрированная мощь. Поглощать такое количество после того, как я отказался от пожирания, было смерти подобно. Особенно для меня в столь обветшалом виде. Изначально мой план состоял в том, чтобы при помощи печати провести всю эту мощь через себя и распылить в пространстве, но, увы, случилось то, что разрушило на корню мои грёзы.
Ха-ха-ха… Ты… не… так… уж… и… бесполезен… Благодарю… за… угощение…
ПРОЧЬ, ТВАРЬ! НЕ СМЕЙ!
«РАНКАР, НЕТ…»
На секунду. Всего на предательскую долю секунды мир обагрился алым и серым. Материя Бедствия и Пустота внутри моего тела вышли из-под контроля, а правая рука очутилась во власти тёмной твари. Опустошитель как кровожадное животное вцепился в сгусток энергии, отчего сразу же сработало пожирание.
Прими… уже… свою… суть… тряпка… Хе-хе-хе…
НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ И ПРОКЛИНАЮ…
Вот только ненавидеть и проклинать стало поздно. Энергия Морриган оказалась пожрана за частицу вдоха. Тело содрогнулось будто пораженное молнией, а сам я рухнул на колени перед шокированной женщиной и словно дикий монстр вцепился руками и выступившими когтями в цельные плиты риарита, которые рушились от любого прикосновения.
В груди полыхало пламя, разум разрывался на куски, а пульсирующие писания Опустошения болезненно впивались в кожу будто пиявки. Однако всё это меркло и бледнело пред тем, что случилось дальше — металлический хруст цепей и волна ужасного треска гулким эхом прокатилась по разуму как вездесущая лавина, знаменуя о том, что пробудился очередной источник.
Во внутреннем мире разверзся источник потока Гравитации.
Пятая колонна из четырнадцати.
Двенадцатый резерв по счёту.
И три шага до полного краха, потому как запечатанных источников осталось всего три.
Стоило лишь подумать об этом и огромное давление обрушилось, как на разум, так на организм, а затем моё собственное тело будто пушечное ядро отлетело в стену рядом с кроватью. Под чудовищным напряжением сейчас находился не только я, но и ошарашенная Морриган.
'Держись, мой разоритель! Держись! Я знаю, что ты сможешь! ДЕРЖИСЬ!!!
Завидев нарастающий страх и боль в глазах у матери Кайсы внутри что-то сломалось, а от накатившей агонии, что разрывала разум и тело я завыл будто раненый в кровопролитном сражении зверь, ведь хватка Опустошителя на моей глотке крепчала:
— ХВАТИТ! Я СКАЗАЛ ХВАТИТ! ПОДЧИНИСЬ!!! Я СКАЗАЛ… ПОДЧИНИСЬ! Я. ТВОЙ. ХОЗЯИН. Я И ТОЛЬКО Я! ПРОЧЬ ИЗ МОЕГО ТЕЛА! ПРОЧЬ!
Видит Сущее в следующее несколько секунд я не знал, что со мной происходит, потому как багрово-серая пелена вновь охватила окружающий мир и мы снова вступили в ожесточенной бой с хохочущим Опустошителем.
Хе-хе-хе… Считай… что… тебе… страшно… повезло… сегодня… Удача… на… твоей… стороне…
В себя я пришел на руинах разрушенной риаритовой комнаты, а сквозь пелену тумана удалось рассмотреть смутно знакомое лицо с ярко-зелеными глазами. Лишь через несколько секунд я осознал, что лежу на коленях у переменившейся до неузнаваемости Морриган. Да, теперь она была не тем чудовищем, что я видел ранее, а до безумия прекрасной женщиной. Морриган мило мне улыбалась и была страшно похожа на Кайсу. Причем от необычайно длинного змеиного хвоста у дочери Медузы осталась только необычайно длинные тёмные локоны.
— Ты страдаешь, да? — с горечью прошептала Морриган, запуская свои пальцы в мои слипшиеся волосы. — И как часто?
— Почти… постоянно, — честно прошептал я, ужасно осипшим тоном. — Простите, что навредил. Зачастую я… Зачастую я не властен над собой.
— Мне так жаль, мой дорогой. Знал бы ты, сколько благодарности я сейчас испытываю к тебе. Может… я как-то могу помочь тебе? — с болью в глазах вопросила она. — Как я могу отплатить за твою доброту?
— Никак, — шепнул я, пытаясь взять под контроль содрогающееся тело, а после под действием эмоций тихо заключил: — Мне всё равно недолго осталось. А на тот свет я с собой ничего забрать не успею. В лучшем случае остался год. Я лишь хочу протянуть до битвы с оберегами, а там будь, что будет.
Ужас пробудился в глубине глаз у Морриган, и та едва слышно пробормотала:
— Неужели ты умираешь? Кайса знает? А твои близкие? У тебя же есть семья на Земле и…
Но в ответ я лишь отрицательно качнул головой.
— Не говорите никому. А моя семья, скорее всего, уже в курсе.
— Неужели ничем нельзя помочь? — с надеждой вопросила горгона.
— К сожалению, меня вряд ли кто-то может спасти, но зато я всё еще способен помогать, — просипел едва уловимо я, медленно принимая сидячее положение и оглядывая руины комнаты.
— Так ты поэтому помог мне?
— Я помог вам, потому как считаю вас хорошим человеком, Морриган, — прохрипел я, упираясь рукой в стену и пытаясь всеми силами поднять свою тушу над разрушенным полом. — Вы хорошая мать и под вашим надзором Кайса расцветет. К тому же я уверен, что наставник будет рад вашему возвращению.
— Но… но как же ты, Ранкар? — переполошилась горгона. — И что же будет с тобой?
— Ничего, — прокряхтел устало я, прикрывая веки и плечом упираясь в стену. — Как-нибудь… протяну. Уже… не впервой.
Видя мои жалкие потуги, Морриган вскочила на ноги, чтобы мне помочь, но тотчас рухнула на пол как подкошенная и с удивлением воззрилась на собственные конечности.
— Разучилась… — растеряно буркнула та. — Я разучилась нормально ходить.
Кое-как повернувшись к женщине, я протянул той руку и с виноватым видом она приняла её. Сделав усилие над собой, удалось поднять ту на ноги и до дверей мы не шли, а просто ковыляли, опираясь друг на дружку.
— Простите ещё раз за разрушения, — покаялся я, глядя на руины. — Но, боюсь, если бы не риарит, то я не отделался бы так легко. Вероятнее всего, он сыграл свою роль.