Страница 87 из 89
Глава 31
Штурмовая броня. Старая, но надежная. Достаточно крепкая, чтобы выдержать попадание из кинетического дробовика. Получается, оба противника равны? Или все же нет?
Молох провел рукой по груди:
— Отличные пульки. Знал, куда шёл, да?
В отличии от противника, спокойно принявшего весь заряд, его броня пошла паутинкой мелких трещин.
— Я прекрасно тебя знаю, Молох, ведь ты это я.
— Сомнительно. Тогда бы ты знал… — Молох поднял дробовик для повторного выстрела. — … что я и сам-то себя толком не знаю!
Его противник зеркально повторил движение наёмника. Снова оба дробовика были готовы к выстрелу. Но Молох вместо выстрела быстро подкинул дробовик, вращая его в воздухе. Перехватил за ствол, как дубину и в этот момент прозвучал ответный выстрел. А мгновеньем позже ударил оглушительный… Невероятно мощный… Взрыв.
Оба наёмника упали на пол. Оба ненадолго потеряли контроль над доспехом. Аппаратура ослепла.
Этот взрыл был далёк от обычного выстрела из дробовика. Всё дело в Молохе. Перехватив свое оружие за ствол, он подставил рукоять под выстрел противника. Набитый специальными патронами приклад. Дополнительный держатель с усиленными зарядами. И полностью заряженный магазин. Весь этот хомячий запас может перенёс бы попадание обычного дробовика. Но тот умник зарядил специальные снаряды. В итоге всё сдетонировало не хуже парочки добротных гранат, а то и мощнее.
Оружие Молоха раскурочило до неузнаваемости. Его противник свой дробовик не удержал, тот откинуло куда-то к капсулам жизнеобеспечения. Сама же «жалкая копия» всё ещё пыталась подняться, когда на него уже напрыгнул «неповторимый оригинал».
— Говоришь, что ты — это я? А нормально эти доспехи носить не умеешь. Ай-ай-ай.
На самом деле у Молоха система доспеха аналогично не вышла из перезагрузки. Он ничего не видел, но этого и не требовалось. В отличии от своего противника, наёмник был готов к тому, что произойдёт. Теперь он старательно нащупывал крепления шлема на шее врага. Если постараться и вложить достаточно усилий, то эту консервную банку можно открыть.
Удар в грудь оказался настолько сильным, что Молох не смог удержаться на месте. Его отбросило в сторону. Визоры восстановились и он видел, как противник быстро поднимается. Движения куда быстрее возможных в этой тяжеленной броне.
Два быстрых шага.
Один удар ногой.
Молох вылетает из отсека, не касаясь пола. И это от обычного пинка. Благо, за спиной как раз была дверь. Судя по стальному шуму и скрежету, наемник умудрился влететь в инструменты Деккера. Если бы не это, встречу со стеной он бы прочувствовал даже в броне. И это от одного удара ногой?
— Надо же. Какие люди. — Прозвучал голос Молоха из разлетевшейся кучи хлама и обрезков бронеплит. — Так разозлился, что совсем забыл о подражании? Да, Восьмой? Косолапое ебанько, думал я тебя не узнаю?
Его противник не спешил. Шёл медленно, театрально аплодируя.
— Никогда не понимал стремление ничтожеств защитить себя, — голос «Молоха» изменился. Он всё так же оставался похож, но добавились «капризные» интонации, больше присущие кому-то, вроде Эхенлихта. — Всё равно ты ничто, так зачем тянуть время? Хотя, должен признать, для пятого десятка ты оказался вполне неплох, Сорок Седьмой.
— Похвала одного из первого десятка вызывает во мне приятное чувство, хотя… может все дело в утреннем кофе натощак. И сколько из вашей компашки голландских рулевых осталось в живых?
Молох хотел подняться, но Восьмой всё ещё был быстрее. Он подскочил к наемнику и ударил того в грудь ногой. Но не отбросил, как в прошлый раз, а прижал к полу.
— Вот теперь ты в правильном положении, — Восьмой сильнее надавил на грудь, чтобы Молох и двинуться не смог. — Так уж получилось, что конгломерат видит в тебе перспективу, Сорок Седьмой. Поэтому, мне придется озвучить их предложение. В общем, ты берёшь свое корыто и летишь на Титан-1, где благополучно его взрываешь. Вантарис эвакуирует твою спасательную капсулу сразу после этого, можешь за шкуру не переживать. Главное, забери на тот свет как можно больше аристократов, собравшихся на совет. После этого ты для собственной гильдии станешь врагом. Но как ты понял на Эйхе, они и так особо о тебе не пекутся. Так что это единственный шанс остаться в живых и продолжить работу под крылом ВантарисГрупп. Конгломерат предоставит новое судно и примет твоих подчиненных. Это вариант номер один — скучный. А теперь номер два — веселый. Если откажешься, а я на это очень надеюсь, после твоей смерти, управлять кораблем буду я. Мы точно так же взорвем твой корабль на Титане. И всё так же, крайним будешь ты. Только тебе уже будет все равно и на твоих людей тоже всем будет наплевать. Вот такие варианты. Других нет. Не следовало лезть в дела Вантарис, когда сам из себя ничего не представляешь, идиот.
— Дело ведь не во мне, Восьмой? Вы хотите убрать аристократов и подставить Свободную Гильдию. Два зайца одним выстрелом, в стиле корпоративно-эффективных задротов.
Восьмой только рукой покачал. Влево-вправо:
— Может и так. Свободная гильдия ведет себя слишком непредсказуемо. Это раздражает. Им нужно указать на их место. Но какая тебе разница? У тебя все равно вариантов не прибавится. Или думаешь время потянуть за разговорами? Не переживай, мы можем болтать сколько угодно. Твою игрушку я давно нашел и заглушил связь с кораблем.
Щелкнула поясная разгрузка и Восьмой достал Кладенец. Видимо, это тот дрон-болт, что Молох оставлял здесь, в десятом доке.
— Поражаюсь, как ты не зассал прийти сюда сам, Восьмой.
— Это ты так «тонко» пытаешься выяснить, если ли рядом группа поддержки? О-о-очень тонко. Против тебя, Сорок Седьмой, мне даже оружие не нужно брать, а поддержку, так и подавно.
В ответ прошипел приглушенный кислородным фильтром смех:
— Совра-а-ал. Я же говорил, ты ссыкло, Восьмой. Кстати, дрон нужно было не глушить, а отключать, придурок!
Взрыв.
Кладенец в руке Восьмого разлетелся. Сработала система самоуничтожения, запущенная Молохом. Этот взрыв никак не мог повредить его противнику. Он подарил лишь пару секунд дезориентации. И этого хватило.
Вспыхнул свет плазменного резака, а в следующий миг его пламя ударило по розовому ботинку Восьмого. Броня сопротивлялась лишь мгновенье, а потом послушно поддалась, и Молох отрезал ступню, прижимавшую его к полу. Дернул за вторую и Восьмой потерял равновесие.
— Броня — это не твое, мудак.