Страница 16 из 89
Глава 7
Разговор Молоха с Вероникой прервал писк коммуникатора.
— Вижу, не только я одна не могу предаться богомерзкому чревоугодию, подкрепленному сладостной прокрастинацией в свободное от работы время. — Расплылась в довольной улыбке доктор Штерн, ведь вызывали не её. Это ожил коммуникатор Молоха.
— Да.
— Ты ведь сейчас у Вероники? — Это Скарлет. И в своей манере, замглавы Альянса, сразу перешла к делу. — Она рассказала о найденных чипах?
— Рассказала.
— Скарлет, бусинка моя, я этот бронированный холодильник уже ввела в курс дела. Прямо загрузила овощами. Судя по решительному выражению его морозильной камеры, он готов превозмогать. Дальше без меня. Любимая вами доктор Штерн удаляется восполнять дефицит калорий потреблением блюд на виноградной основе, — Синие глаза вспыхнули, а похожая на запекшуюся кровь кожа, еще сильнее потемнела. — И даже не думай меня останавливать, трудоголик бронированный! Кстати, закрывать за собой не нужно. Двери закодируются автоматически, когда выкатишься от сюда. Обнимаю, целую, видеть больше не хочу. Всем пока.
Этим госпожа Штерн дала понять, что аудиенция на сегодня окончена. Абсолютли. Махнула рукой и вышла, не дав возможности что-то сказать или спросить.
— Смотрю, вы быстро нашли общий язык, — глядя в спину уходившей девушке, прошипел своим кислородным фильтром наёмник. — Меня она бусинкой не называет.
— Это досадное упущение, — замглавы умела держать лицо. Не дрогнул и мускул. — Возможно ты не достиг должности «бусинки» по причине её особого метаболизма. Из-за мутации Вероника вынуждена активно питаться. А ты, Молох, постоянно появляешься в самые неподходящие моменты и вынуждаешь бедную девушку работать больше, чем есть.
Вот же, а ведь шутки-шутками, но по факту так и было. Наличие биоматериала «кораллов» в мутации доктора пусть не делали из неё легендарного вампира с не менее легендарной «жаждой», но что-то вроде землеройки, так точно получалось. Вечно голодная, матерящаяся землеройка с докторской степенью. И его они ещё называют странным.
— Понятно. Спасибо, Скарлет, учту.
— Хорошо. Теперь по делу. Нам нужен специалист. Эти чипы сложнее обычных медицинских имплантов. Такие знатоки — это товар штучный, очень сложно найти. Я говорила с Катариной и у нее есть один человек на примете. Но… есть небольшая проблема, — девушка хотела было еще что-то добавить, но прервалась. — Впрочем, директор Лонг сама все расскажет.
— Понимаю, я свяжусь с ней…
Молох подумал о сеансе межсистемной связи с директором, но оказалось, он ошибся.
— Нет, не понимаешь. Она лично тебе все расскажет. При встрече. Катарина акцентировала, что этот момент не подлежит обсуждению. Кстати, вашу встречу нельзя откладывать — это тоже не подлежит обсуждению. Катарина всё объяснит, я подробностей не знаю, — коммуникатор Молоха издал короткий писк. Скарлет перекинула ему какие-то данные. — Это координаты. Катарина уже вылетела. Не заставляй девушку ждать, капитан Бусинка.
Связь отключилась. Такие условия и такая срочность… Это не могло быть нормой.
Наёмник не спешил прятать коммуникатор. Возможно, придется сделать несколько звонков. Значит, директор вылетела сама и хотела поговорить с глазу на глаз. Вылетела спешно, без предупреждения, а ведь она прекрасно знает о количестве миссий, взятых у гильдии. Причин этому может быть несколько, но одно ясно, что это «приглашение» нельзя игнорировать.
Коммуникатор высветил меню контактов. В этот раз связь была многоканальной. Не прошло и десяти секунд, как на разделенном надвое экранчике показалось два недовольных лица. Два жующих недовольных лица.
— Фто еще тафое? Я только фела поесть! — Уважаемая капитан Морган как раз решила чего-то «затоптать».
— Что-то… случилось… Молох? — Впрочем, как и граф Эхенлихт, что сейчас пытался быстро прожевать кусок мяса.
— Меня окружают хомяки. Хомяки-алкоголики, — тихонько пробурчал наёмник и куда громче добавил. — Возникли непредвиденные обстоятельства. Нужно кое-что откорректировать. Собираемся на Валькирии.
— Знаешь, еще немного и я на тебя жалобу напишу в С. Н. — Рида прожевала и теперь могла кричать на начальника во всю силу своих капитанских легких. — Никакой трудовой дисциплины!
— Эм… а что такое С. Н? — Зря Молох переспросил.
— Союз Недобухавших! — Судя по тому, что крик стал тише, девушка отошла от коммуникатора. При этом возмущенно вещать он не прекратила. Кажется, даже набрала кого-то по корабельной связи. — Вероника, начинайте без меня! У меня случился Молох!
Дальше связь оборвалась. Воцарилась тишина, которую чуть позже разрушил граф. Бедняга старался говорить как можно тише:
— Молох… Я, конечно, хотел от тебя помощи… Но не знал, что ты жизнью начнешь рисковать ещё даже с дока не вылетев.
* * *
— Катарина вызывает меня в центральные системы, — Молох не стал испытывать судьбу и зашёл с козырей. Нет ничего лучше, дабы избежать гнева подчиненных, чем повесить все грехи на большего начальника. — Поэтому такая срочность.
Решение было правильным. Некоторым набравшим воздух в легкие пришлось его спешно стравливать в окружающую среду. Благо, хотя бы тем же ртом.
— Так бы и сказал, что миссия переносится. Зачем нам снова собираться? — Возмущаться на приказы директора гильдии нельзя, но вот побурчать на Молоха — это святое. И Рида себя сдерживать не собиралась.
— Потому, что миссия не переносится. Пока я сюда шёл, смог все спокойно обдумать. Так будет даже лучше. Нет нужды заявляться всей группой к графу домой и обращать на себя любопытные взгляды. Рида, ты полетишь первой. Вялый привлекает меньше всего внимания. Сможешь спокойно прошвырнуться по крупным станциям графства и станциям его соседей. Обычный наёмник ищет подработку. Поговоришь с людьми, узнаешь, какие слухи ходят. Ничего нового.
По мере того, как Молох излагал свой план, лицо девушки менялось. Недовольство сменялось надеждой, переходящей в детский восторг.
— Подожди. Охо-хо. Постой. Я ведь правильно понимаю, как мне эту информацию получать? Неужели ты даешь мне «синий» свет на время твоего отсутствия?
— Именно.
— Шот в компот, кэп, я с командой возьмусь за неё со всем старанием. Все забегаловки графства и соседних систем будут изучены от горлышка до дна! Я знала, что там, в глубинах этой толстой брони, прячется хороший человек!
А вот «хороший человек», видя такой дикий энтузиазм, в правильности своего решения теперь уверен не был: