Торговец будущим – 3

Глава 19

Глава девятнадцатая

Созданное Министерство военных сухопутных сил поручили возглавить умному и деятельному генералу от инфантерии Сергею Кузьмичу Вязмитинову (кстати из небогатых дворян). Общие данные о действиях Ганноверского и Восточного экспедиционных корпусов на данный момент он доложил на заседании Непременного совета.

— Господа! Наша экспедиционная армия введена и размещена в Ганноверском курфюршестве этой весной. Она разбита на пять двадцатитысячных отрядов и прочие бла-бла-бла общего плана. За это время Восточный корпус добрался до Аральского моря и заложил три городка по пути. На реке Кобде была стычка с киргиз-кайсаками, закончившаяся поражением мятежников.

Так или примерно так докладывалось там, откуда информация могла утечь к тем же англичанам. Зато Негласному комитету довели более подробные данные. Всё-таки уровень секретности следовало поддерживать, чтобы англичане знали своё место, веря в дружеские отношения с русскими. Не дай бог лаймы взбрыкнут раньше времени.

— Ваше величество, господа советники, ситуация в Ганновере пока благожелательна и развивается по плану. Отряды дислоцированы в пяти точках курфюршества, а к лету там же были арендованы склады и вспомогательные здания для создания Торговых Домов. Цель вполне нормальная — в первую очередь снабжение войск всем необходимым на время действия субсидного договора. Кроме того, торговые дома будут осуществлять поставки русских товаров и продавать их желающим. В принципе, английскую сторону это вполне устраивает, ибо пошлины и налоги будут оплачиваться как должно. Сами товары начали завозить в конце лета и скоро склады будут заполнены как следует.

— Господин министр, — обратился Новосильцев, — а как отнеслись к этому английские торговцы? Не было ли с их стороны недовольство тем, что мы там будем торговать?

— Наоборот, Николай Николаевич, они даже рады открывшимся дополнительным возможностям. Всё-таки в этом году имеется сокращение экспорта в Англию, а наши товары им очень нужны. Есть ещё одно, а именно заметное уменьшение сбыта английских товаров, как своих, так и колониальных в некоторых европейских странах. Часть таковых, когда будут предложены цены подешевше, наши торговцы собираются покупать.

— Это хорошо, господин министр, продолжайте там добрососедскую политику и следите чтобы никаких эксцессов не возникало. Мы должны выглядеть в глазах ганноверцев мягкими, белыми и пушистыми, как выражается один из моих знакомых. Наша армия пришла защищать их, а Дома торговать на взаимовыгодной основе.

По поводу действий Восточного корпуса выяснились некоторые неприятные детали.

— Дело в том, что у киргизов есть оппоненты признанного нами хана Малого Жуза, Айшуака. На реке Кобде имелись поселения рода, поддерживающих мятежного Каратая, претендующего на ханский престол. Они первые напали и Кутузов отправил пятитысячный отряд во главе с генералом Уваровым, очистивший реку Кобду от опасных мятежников. К сожалению сам генерал был ранен в этом рейде, но рядов не покинул.

Что в переводе с военно-дипломатического на обычный гражданский язык означает «уничтожили аулы, дабы неповадно было».

— По ходу продвижения были основаны два городка: Беловершинск и Жем, которые сейчас обустраиваются вторым отрядом, следующим за корпусом Кутузова. Передовые подразделения нашли поселение киргизов с несколькими колодцами рядом с северной частью Аральского моря, где встанут на зиму и организуют третий городок.

— Ну, что же, вполне достаточно для одного года, — отреагировал Александр, — в следующем году останется лишь сделать бросок до реки Яксарт, где уже сможем обустроиться по полной и вступить в связи с кокандцами и хивинцами.

— Первую связь уже установили, ваше величество. В каракалпакских краях имеется султан Арынгазы, сын бывшего хивинского хана Абулгазы. Он со своей личной сотней встречался с нашими и даже имел дружескую беседу с Михаилом Илларионовичем. Этот султан по описанию высокого росту, стройный. Осанка величественная, поступь гордая, лицо красивое. Борода небольшая, чёрная; глаза черные, быстрые; приемы и действия надменные. Он воспитывался при дворе хивинского хана, был сторонником сильной ханской власти и мусульманской культуры. Но после того как его отец Абулгазы был вынужден покинуть Хиву, султан Арынгазы занял резко отрицательную позицию по отношению к Хивинскому ханству. Теперь готов со своими отрядами оказать любую помощь нашему воинству.

Столь неожиданная помощь на местах порадовала советников. Восток настолько своеобразен, что постоянно нужны не только проводники, знающие местность, но и специалисты по нравам и укладу тамошнего населения. Ну и дополнительная союзная конница лишней не будет в возможных стычках с хивинцами и кокандцами, коли такие случатся первое время.

— Стычки явно будут, ибо Хива и Коканд даже между собой раздоры имеют и молодые иногда в отряды сбиваются и бранятся на своих границах. Никак междуречных каракалпаков поделить не могут. Впрочем по тем местам у нас сильное воинство, да ещё и с пушками, а у них пушки лишь в крупных городах установлены. Тут другое дело сей Арынгазы предлагает, а именно разор учинить Хиве. Мол, великие богатсва там находятся и добыча знатной будет.

— Нет, Сергей Кузьмич, этого не следует допускать. Пока будем лишь отношения усиливать, дабы наши купцы спокойно торговали с азиатскими. Не до богатств Хивы и Коканда с Бухарой.

По делам военным обсудили ещё и подготовленный проект Западной Обороны, а именно укреплённой линии, которую начнут строить в следующем году. Любой неприятель, пришедший с запада, вынужден будет считаться с обширной территорией именуемой Полесьем. Или обходить его с севера, или с юга, а значит иметь проблемы с продвижением. Вот северную часть границы и следует в первую очередь обезопасить.

— Господа, мы должны принять за основу, что раздел Речи Посполитой на Польшу и Литву это навсегда. И наша оборонительная линия должна закрепить сей факт навечно.

— Ваше величество, а вдруг в будущем появится возможность заполучить польские земли ныне принадлежащие Пруссии? — поинтересовался Новосильцев, которому до сих пор трудно смириться с излишне миролюбивой позицией Александра Первого, — неужели не воспользуемся при случае?