Страница 20 из 34
Глава 13
Смотрю в потолок и уже который раз за последние два дня пытаюсь убедить себя, что всё именно так, как должно быть.
Макс не звонит, не пишет. Не появляется возле офиса без предупреждения и не ждёт меня у входа с таким видом, будто совершенно нормально приехать за человеком, который тебя об этом не просил.
Тишина.
И вообще-то я сама этого хотела.
Наверное.
В последний раз, когда он наклонился ко мне, я отвернулась и сказала, что не хочу. Макс не стал спорить, не попытался переубедить, даже привычно издеваться не начал. Просто отступил, натянул футболку и отвёз меня обратно.
Всё.
Нормальная реакция нормального взрослого мужчины.
Тогда почему меня уже второй день мучает ощущение, будто что-то закончилось, толком не успев начаться?
Переворачиваюсь на бок и раздражённо поправляю подушку.
Самое глупое, что мне ведь не на что обижаться. Мы друг другу ничего не обещали. У нас вообще нет ничего общего.
Несколько случайных встреч. Две перевязки. Один поцелуй в машине, который я потом вспоминала гораздо чаще, чем следовало бы. И ещё один, который мог случиться два дня назад, если бы я в последний момент не отвернулась.
Вот и вся великая история. Я сказала, что не хочу. Он услышал. Разве не этого я ждала от мужчины? Конечно, этого. Только какая-то совершенно нелогичная часть меня теперь пытается понять, почему после моего «не хочу» Макс исчез совсем.
Может, для него всё действительно настолько просто? Не получилось со мной — найдётся другая.
От этой мысли внутри неприятно царапает.
Я тут же злюсь уже на себя. Какая мне вообще разница? В конце следующей недели я уеду домой. Вернусь к университету, родителям, своему привычному миру, где мужчины не возникают из темноты в бронежилетах, не ломают кому-то руки в гостиничных коридорах и не командуют мной так, словно это совершенно естественно.
Макс останется здесь. И всё происходящее довольно быстро превратится в ту самую безумную историю, которую когда-нибудь можно будет рассказать подруге.
Часть про багажник. Остальное, пожалуй, лучше оставить при себе.
Телефон на тумбочке неожиданно начинает звонить.
Я тянусь к нему быстрее, чем успеваю подумать, и тут же чувствую себя полной дурой.
На дисплее светится фотография Леры.
Вот и прекрасно. Именно сестринского звонка я, разумеется, последние несколько секунд и ждала.
— Привет.
— Алёна! — бодрый голос Леры моментально заполняет номер. — Ты там ещё жива? Или тётя Марина окончательно похоронила тебя под своими договорами?
Невольно улыбаюсь и устраиваюсь удобнее, подтягивая колени.
— Пока выбираюсь наружу.
— Очень вовремя, потому что у меня новости.
По её интонации можно даже не гадать, в какую сторону сейчас свернёт разговор.
— Только не говори, что ты уже выбрала свадебное платье.
— До платья я ещё не дошла, — совершенно не обижается сестра. — Но мой жених приезжает!
Вот теперь в голосе у неё столько счастья, что я улыбаюсь уже по-настоящему.
Лера последние месяцы говорит о своём загадочном мужчине примерно так, как другие рассказывают о выигрыше в лотерею. Он красивый. Умный. Серьёзный. Работает много. Постоянно куда-то уезжает. И, если верить сестре, обладает ещё десятком достоинств, которые я давно перестала запоминать.
При этом самого мужчину я до сих пор ни разу нормально не видела.
— Мы вчера списывались, — продолжает она. — Через пару дней уже будет здесь. Я сказала, что теперь никаких отговорок. Хочу наконец познакомить его со всеми нормально. Ты же уже приедешь?
— До конца следующей недели буду здесь, а потом хотелось бы уже вернуться.
— Отлично. Значит, вообще идеально. Может, соберёмся все вместе. Я уже устала от того, что моя собственная сестра моего будущего мужа в глаза не видела.
— Сначала предложение дождись, а потом уже в мужья записывай.
— Вот! — вдруг довольно восклицает Лера, а я морщусь. — Наконец-то ты стала похожа на себя. А то я тебе уже минут пять рассказываю про свадьбу, а ты ни разу не простонала и не сообщила, что у меня помешательство.
— Может, решила исправиться? — Уголки губ невольно ползут вверх.
— Не верю. Ты даже город ругать перестала. Мама вчера сказала, что ты совершенно спокойно работаешь и больше не требуешь немедленно вернуть тебя домой.
Вот теперь мне становится немного не по себе. Иногда я забываю, насколько хорошо Лера умеет замечать такие вещи. Мы можем не разговаривать о личном неделями, но стоит мне начать вести себя хоть немного иначе, как она каким-то образом это чувствует.
— Просто привыкла, — я начинаю разглаживать пальцами край покрывала. — Работа занимает почти весь день. Вечером уже ни на что сил нет.
— Конечно, — слишком довольно протягивает сестра. — Работа.
Я чувствую подвох ещё до того, как она продолжает:
— Или там всё-таки появился кто-то поинтереснее договоров?
Пальцы замирают. Перед глазами совершенно некстати возникает Макс. Не с оружием. Не в том помещении, где я впервые увидела его без балаклавы. Почему-то первым вспоминается совсем другое.
Он сидит передо мной без футболки, пока я меняю повязку. Потом тёмный салон машины и его лицо совсем близко. Тёплые губы, которых он коснулся так осторожно, что я после ещё долго не могла понять, почему вообще позволила это сделать. А следом — последняя встреча. Его пальцы на моей щеке. Мой шаг в сторону.
Спокойное:
«Не хочешь — не надо».
И два дня после.
— Алён, — в голосе Леры появляется смех. — Я угадала?
Я выныриваю из мыслей и понимаю, что слишком долго ничего не отвечаю.
— Есть один мужчина, — осторожно признаюсь.
На том конце повисает такая выразительная тишина, что мне становится ещё более неловко.
— Только не начинай.
— Я даже ничего не сказала.
— Вот именно. Это пугает.
Лера смеётся.
— Я просто пытаюсь осознать, что моя младшая сестра наконец самостоятельно заинтересовалась мужчиной.
— Я не сказала, что заинтересовалась.
— Ты сказала «есть один мужчина» таким голосом, будто сейчас собираешься признаться минимум в ограблении банка. Поверь, этого достаточно.
Закатываю глаза и ложусь поперёк кровати.