Врачебная тайна 1

Глава 30 Леди вырвалась на волю

Нет желания возвращаться домой, хочется немного прогуляться, подышать свежим воздухом и подкрепиться. Время близится к трём часам дня, и голод заставил меня посмотреть в сторону довольно приличного ресторана. Однако я одна.

Без сопровождения или хотя бы компании подруг одинокая женщина не имеет права посетить общественное заведение, очередное не правило, но скорее заповедь патриархального мира, однажды я её нарушила, больше не имею на это права. Даже гулять по набережной не должна в одиночестве. Замечаю несколько дам, какие так же, как и я вышли прогуляться после обеда или спешат по делам, но каждая либо с детской коляской, которую везёт няня, либо с верной камеристкой, либо со взрослой родственницей.

Жестокие порядки гендерной сегрегации, или в этом мире преступность чувствует себя привольно? И женщины боятся оставаться одни? Банкир что-то говорил про то, что возить с собой наличность весьма опасно. Неужели прям настолько, что одной из дома выйти невозможно?

Вспоминаю инцидент в дешёвой столовой, если бы не Гриша, то меня бы уже продали в какой-нибудь подпольный бордель. Неприятное воспоминание всколыхнуло тёмную злость, прекрасно понимаю, что такую, какой я становлюсь, удержать силой или как-то навредить почти невозможно. Мне стоит лишь захотеть, и преступный мир падёт к моим ногам, хотя, скорее всего, его уже возглавляет какой-то могущественный, одарённый Мориарти.

Я готова думать о чём угодно, только не о своём настоящем положении, и не о том, как безопасно из него выбраться, не привлекая внимания инквизитора и санитаров.

Шутки шутками, но голод даёт о себе знать. Моё тело сжигает вдвое больше калорий, тратя их на сдерживание леди Хайд. Бреду вдоль набережной Фонтанки по новенькой брусчатке, любуюсь на красивые свежие дома, и прохожих, почти отчаявшись найти какое-то заведение «общепита» попроще, хотя бы купить пирог и чай, и тем утолить голод.

На моё счастье, в одном из шикарных доходных домов, оказалось небольшое и весьма уютное кафе, утопающее в цветах. Витрины, обрамлённые кованными узорами, и всё сияет первозданной чистотой, а самое приятное — в этом кафе много женщин, девушек и даже совсем юных дев. Как мне повезло, попасть в это..

Не повезло.

Настя и Елена сюда иногда заглядывали, наш дом в двух кварталах отсюда, всего десять минут прогулочным шагом. Ноги или голод сами привели меня в «Мадам Эклер». Это один из немногих островков женской свободы в столице.

Богатейший ассортимент всевозможных десертов, напитков, но ничего существенного, что могло бы полноценно утолить голод. Однако выбирать не приходится.

Это действительно островок женской свободы. Никто на меня даже не взглянул, все заняты своими разговорами, десертами и напитками. Тем лучше. Присела за свободный столик и сделала заказ официантке.

Мне довольно быстро принесли единственный несладкий «десерт» и к тому же самый дорогой. Официантка, видимо, чтобы подчеркнуть мой непростой статус, довольно громко произнесла:

— Госпожа, ваши профитроли с изысканным паштетом из гусиной печени и белыми грибами с нежнейшим сырным соусом и кофе со сливками. И, позвольте вам преподнести комплимент от шефа. Бон аппетит! — с улыбкой подала нежный бисквит с вишнёвым суфле.

К счастью, с десертами официантка подала и нужные приборы. Профитроли идеальные и довольно крупные, значительно больше типичного печенья, потому придётся сдерживать свой голод и есть очень деликатно, неспешно, и слегка жеманно, как это практикуют почти все окружающие меня дамы.

Я оглядела зал и вдруг встретилась, точнее, зацепилась взглядом с незнакомкой, она ждала этого шанса и, наконец, дождалась.

— Анастасия Сергеевна, какая приятная встреча и вы одна, а где же Елена Осиповна? Я, впрочем, тоже сегодня одна, моя наперсница заболела, бедняжка, вы позволите? — ко мне подошла молодая женщина, довольно приятная, не бедно одетая и скучающая, нет, не скучающая, а изнывающая от безделья. И я для неё отличный повод провести пустое время. Одна беда, я её совершенно не припоминаю.

— Да, конечно, но боюсь, что не смогу составить вам компанию надолго, дела семейные..

Неожиданная «подруга» пересела за мой столик и сделала символический заказ, и наш незамысловатый разговор продолжился.

Пытаюсь вспомнить её имя и не могу, хоть убейте, гадать, перечисляя имена тоже некрасиво, и есть в её присутствии тоже не этично, сижу, жду, когда незнакомке подадут заказ, чтобы продолжить свою трапезу.

Девица устроилась на креслице удобнее, с видом человека, которому ближайшие три дня некуда спешить, и улыбнулась:

— Говорят, что вы с Андреем Антоновичем вчера на балу произвели фурор. Самая шикарная пара..

Кинула фразу и ждёт реакцию. Типичная сплетница или у неё всё же есть некоторые отклонения, точно не СДВГ, но тревожное расстройство присутствует, это заметно, по её движениям и мгновенному переходу к интересующей теме, у девушки зацикленность на социальном одобрении. Улыбаюсь самой милой улыбкой и включаю в себе «синдром самозванца».

— Благодарю за комплимент, мы не стремились к этому, всё получилось случайно и думаю, сработал эффект новизны. По сути, это наш первый бал такого уровня.

Она жеманно прижала ручку с изящными пальчиками, унизанными довольно дорогими кольцами к груди и, прошептала с придыханием:

— Ах, попасть на такое мероприятие — неслыханная удача. Как вам удалось? — вот он, тот самый момент, ради которого она и подсела, узнать, каким это образом, жена обычного небогатого клерка получила приглашение на высочайший бал.

— Это приглашение от Тайной канцелярии, граф Аракчеев оказался давним поклонником работ моего отца, и лично нас пригласил..

Мой ответ её пронзил, как булавка энтомолога пронзает бабочку.

— Ах, вот какова причина вашего загадочного танца с самим инквизитором, весь город гудит пересудами, но как это романтично. Завидую вам, иметь такие связи — бесценно. Смею ли вас пригласить на наш скромный обед в ближайшие выходные? — она мгновенно решила заполучить меня в подруги, а я до сих пор не знаю, как её зовут, ситуация выходит из-под контроля. Можно активировать экстрасенсорику, но я не хочу рисковать.

— Я бы с радостью, но увы, полностью подчиняюсь расписанию мужа, после бала оно, должно быть, изменится. Посему не могу ничего обещать.

Она понимающе кивнула.