Страница 23 из 75
Пирсинг по сути был такой же работой с телом, как и татуировка. Правда, новые проколы вряд ли могли дать свойства человеку.
Но в мастерской такая услуга могла бы быть полезной. Поэтому наблюдал я внимательно. Как мастер ставит точку маркером, выверяет угол.
Ремесло тонкое. Не терпит спешки и дрожащей руки.
Вика сделала себе дополнительный прокол на мочке уха, выслушала про рекомендации, и мы вышли на улицу.
— Я кстати пост новый сделала, — сообщила она мне. — Про новости «Лачуги Должника». Переезд на новый адрес, планы и прочее. И некоторые люди стали спрашивать, нет ли у нас вакансий.
— А вакансии есть, — задумчиво подметил я. — Например, нам пригодился бы администратор. А то неправильно, что ты СММ-специалист, а ещё и записями занимаешься.
Вика тут же уткнулась в телефон.
— Так надо тоже объявление дать, — заявила она. — Чтобы люди уже приходили. Чтобы к переезду кандидатуру уже найти, и действительно посадить кого-то на записи. Сейчас я…
Я ловко отобрал у неё телефон.
— Сейчас ты пойдёшь ужинать, — сказал я. — Хватит на сегодня работы, никуда твоё объявление не денется.
Девушка показала мне язык, но спорить не стала. Мы пошли в выбранный ею ресторанчик. Диковинное место, ресторан паназиатской кухни.
С заказом мне помогла Вика, я ни слова не понимал. Принесли нечто под названием «роллы», какой-то острый суп «том-ям» и ещё несколько невыговариваемых блюд.
К роллам принесли палочки, и началось мучение. Они просто отказывались меня слушаться!
— Дай покажу, — улыбнулась Вика. — Вот так держи. Один палец снизу, другой сверху.
Кое-как я приноровился. Художнику не привыкать к подобному.
— Любопытно, — признал я, распробовав. — Совсем не похоже на французскую кухню, к которой я привык.
Вика тут же удивлённо посмотрела на меня.
— Где ты успел привыкнуть к французской кухне? — спросила она.
В прошлой жизни, например…
— Да просто пробовал по случаю, — аккуратно ответил я.
А ведь когда-то, в иной жизни, я часто оказывался за одним столом с теми, чьи портреты писал. Знавал и устриц, и трюфели, и вина, что стоили крестьянской избы.
— Слушай, — сказала Вика, отставив палочки. — А мы ведь так и не были вместе у твоих родителей. И у моих тоже. Может, пора?
Я задумался.
В прошлой моей жизни знакомство с родителями невесты было делом нешуточным. Целым обрядом. Письма, визиты, благословение. Разговор с отцом невесты с глазу на глаз.
Вика ещё не моя невеста, но вообще-то дело это серьёзное.
— Знаешь, как это бывало в старину? — сказал я. — Полагалось просить руки. Явиться к отцу девицы. Назвать своё имя, чин и состояние. И ждать ответа, замерев. Страшнее иной дуэли.
Вика мелодично рассмеялась.
— Ну сейчас-то всё не так строго, — сказала она. — Просто ужин с родителями, мои были бы рады с тобой познакомиться.
Думаю, и мои, точнее родители Артёма, будут не против.
— Тогда я поддерживаю эту идею, — сказал я.
Мы обсудили детали, а потом разговор перешёл в другое русло. Болтали обо всём на свете, и я снова радовался, как же легко с этой девушкой.
А вот «Том-Ям» мне совсем не понравился.
После ужина я проводил Вику до дома. Она предложила зайти к ней выпить кофе, но ужином я уже был сыт. Поэтому от этого отказался, и отправился домой.
* * *
Утро следующего дня началось у меня с посещения колледжа. Надо было получить направление на практику и ещё кое-какие бумаги.
Добрался до секретарши, обозначил проблему.
— Тут ошибка у вас оказалась, — сообщила женщина. — Вам указали другие даты практики, как для очного студента.
— Можно ли это переделать? — уточнил я.
— Переделать-то можно, — вздохнула секретарша, перебирая бумаги. — Да только не в этом одном беда, Артём Сергеевич. Я тут глубже копнула, пока ваше дело подняла.
Она глянула на меня поверх очков.
— Вас по документам очником провели, — сообщила она. — Экстерном, на второй курс, но на очное обучение.
Очень интересный поворот.
— Как такое возможно? — удивился я.
— Я понятия не имею, — вздохнула секретарша. — Но исправить всё это дело небыстрое.
Положение было нелепое до крайности. Но и опасное. Ведь случись проверка, меня могут и отчислить. Как очного студента, который не посещает практику.
— Понятно, — сказал я ровно. — Морозов на месте?
— На месте. Да только он нынче не в духе. С утра ревизия какая-то…
— Ничего, дело срочное, так что обсужу с ним, — ответил я.
Постучался и отправился в кабинет к Игорю Алексеевичу.
— Артём, доброе утро, — увидев меня, поздоровался он. — Опять что стряслось?
— Стряслось, Игорь Алексеевич, — не стал я ходить вокруг да около. — Проблема с моим обучением.
Я кратко изложил ему суть проблемы, и он помрачнел.
— Ну вот как так вообще могли сделать, — нахмурился он. — Это же теперь старые приказы аннулировать, новые составлять, да ещё и задним числом. А у меня сейчас других проблем полно…
— Я понимаю вас, — спокойно ответил я. — Но иначе просто не решить эту ситуацию. Я нашёл место практики, и мне нужно предоставить туда документы.
Морозов задумчиво потёр виски.
— Давай так, — наконец, сказал он. — Я сделаю тебе временный допуск на практику, направление со своим личным письмом. А все документы переоформлю чуть позже. Тебе же до нового учебного года это не принципиально?
— Нет, — покачал я головой. — Хорошо, давайте сделаем так.
Игорь Алексеевич составил все нужные бумаги, и я покинул его кабинет.
Пришёл решать одну проблему — и вскрылась другая. Бывает же.
* * *
После колледжа я пришёл в мастерскую и почти сразу пришёл и клиент.
Сам он, как оказалось, был тату-мастером. Только из другого города, из Самары. Приехал в Саратов навестить родителей. А заодно решил набить татуировку у меня.
— Слежу за твоими работами, — признался он. — Олег, будем знакомы. У тебя, по моему скромному мнению, лучшие работы в городе. Гравюрная манера твоя — это что-то. Сам понимаешь, как тяжело найти хорошего мастера, когда ты и сам мастер. Видишь все косяки других мастеров.
— Да, с этим я соглашусь, — кивнул я. — Это довольно-таки сложно.
Высокая оценка от другого тату-мастера была приятна. Признание от собрата по ремеслу ценится дороже всякой похвалы случайного человека. Свой хвалит не из учтивости, а по делу.
Разговор пошёл на равных. О техниках, о стилях, об инструменте.