Страница 44 из 79
Преподаватель дает им задание принять облик друг друга и даже подробно показывает заклинание на собственном примере, сначала приняв облик Брэндона, а потом какой-то пышногрудой блондинки в коротком платьице, которая многозначительно подмигнула аудитории. Надо ли говорить, что на эту иллюзию бешеным восторгом отреагировала вся мужская часть нашей группы. Тогда как девушки только страдальчески закатили глаза.
— Так, ладно, – хлопает в ладоши мистер Фрейзер, принимая свой прежний вид, – Теперь, вы.
Брэндону удается безупречно повторить облик Юджина уже с первой попытки. Даже сам преподаватель оказывается впечатлен его способностями:
— Скажу вам, мистер Олридж, у вас отличные способности. Мало кто может сделать настолько качественную иллюзию с первой попытки. Пожалуй, я поставлю вам две оценки. Естественно, самые высокие.
После того, как Брэндон под восхищенные взгляды одногруппников и мой поднятый большой палец, садится на свое место, наступает очередь Юджина и тут.. все идет наперекосяк.
Причем, это еще мягко сказано. Потому что сколько бы Юджин не накидывал на себя иллюзий, все они выглядели.. мягко говоря, ужасно. Как если бы кто-то взял изображение Брэндона в полный рост, разрезал бы его на куски, а потом эти самые куски собрал в случайном порядке.
В итоге, первый раз у Юджина получился Брэндон с одним глазом и тремя ногами, второй – горбатый и почему-то с выпученными как от дикого удивления глазами, а третий – вроде нормальный по фигуре, но с бородой до пола и внезапно негр..
Каждая новая иллюзия Юджина вызывает у аудитории просто громогласный приступ хохота. Я хоть и тоже улыбаюсь, но переживаю за Юджина. Слишком уж болезненны воспоминания, когда я была на его месте.
Бедолага волнуется все сильнее но, не смотря на помощь мистера Фрейзера и его объяснения, делает все только хуже. Голова Брэндона становится вытянутой, похожей на ананас, а небольшой пучок волос на макушке только усиливает это сходство.
— Так, ладно, – наконец, вздыхает мистер Фрейзер, тяжело мотая головой, – Кто ему поможет, чтобы у меня был повод не ставить ему низкий балл?
— Двойку? – вздрагивает Юджин, распуская видение.
— Боюсь, тут даже единицы будет много, – отвечает мистер Фрейзер, чем ввергает бедного Юджина в состояние невероятной паники.
Он в отчаянии переводит взгляд на аудиторию, но каждый, с кем он пересекается глазами, отворачивается или делает вид, что слишком занят.
— Так что, никого? – спрашивает преподаватель, скользя пальцем по нашим фамилиям в журнале.
— Я могу, – поднимает руку Брэндон.
Но мистер Фрэйзер даже не смотрит на него.
— Нет, мистер Олридж, это будет слишком просто. Я бы хотел, чтобы вызвался кто-то, кто еще не пробовал себя в создании иллюзий. Но, если никого нет, я ставлю мистеру Уэзли единицу.
На лице Юджина проступает отчаянье. Его губы дрожат, а глаза продолжают бегать от одного одногруппника к другому, только вот в его взгляде больше не чувствуется никакой надежды, скорее горечь и обида.
Я сжимаю кулачки от бессильной злобы и обвожу взглядом аудиторию. Никто уже даже не смотрит на Юджина. Все старательно делают вид, что их это не касается. А кто-то даже посмеивается и перешептывается, предвкушая как “наш очкарик сейчас получит кол”.
Какие же вы все негодяи!
Только о своей шкуре печетесь..
Тем временем, несмотря на искреннее желание помочь Юджину, я чувствую как меня саму все колотит и трясет от одной только мысли, что я сейчас подниму руку и выйду в центр аудитории. Причем, пугает меня даже не тот факт, что на меня опять будут пялиться, тыкать пальцами и посмеиваться. Черт с ними. В конце концов, что еще можно ожидать от дураков?
Нет, внутри меня все покрывается ледяной коркой, когда я думаю, что мистер Фрейзер тоже может попытаться воспользоваться мной.
— Ладно, – вздыхает преподаватель, – Как вы можете видеть, мистер Уэзли, желающих вам помочь нет.
Он берет в руки перо и заносит его над листом журнала.
Я закусываю нижнюю губу и крепко зажмуриваюсь, пока перед глазами не вспыхивают ярко-красные искры. Изо всех сил вцепляюсь пальцами в край стола и выдыхаю.
— Есть, – поднимаю руку и нервно сглатываю, пытаясь избавиться от ощущения огромного кома в горле, – Я хочу ему помочь.
— О.. – поднимает голову мистер Фрейзер, с интересом разглядывая меня, – ..вы вовремя. Еще бы буквально секунда и было бы уже поздно. В любом случае, выходите к нам.
Я выхожу из-за стола и на ватных ногах спускаюсь к Юджину. Проходя мимо него замечаю, в его глазах неподдельную благодарность.
— Спасибо тебе.. – одними губами шепчет он.
— Задание то же, – облокачивается на край кафедры мистер Фрейзер, – Покажите нам иллюзию мистера Олриджа.
Я снова крепко стискиваю кулаки, вспоминая последовательность действий. Нужно снова закрыть глаза, отстраниться и слиться с потоком магического эфира (читай, представить себя в открытом космосе), а затем, максимально детально представить на своем месте человека, чей образ нужно показать.
Учитывая, что с Брэндоном мы хорошо общаемся и я хорошо помню как он выглядит, это оказывается не такой уж сложной задачей. Гораздо сложнее удержать этот образ в голове и не думать о чем-то другом, что может его разрушить.
Например, именно сейчас я поняла, как сильно хочу пить. Причем, того самого чая, которого заварила Иви в забавном чайнике в красный горошек.
В ужасе я трясу головой, чтобы выкинуть это из головы и снова вернуться к образу Брэндона. Но меня прерывает легкий смешок со стороны препода.
У меня даже дыхание перехватывает. Что, неужели, в моем исполнении у Брэндона вместо головы появился тот самый чайник?
— Хорошо, обоим ставлю по четверке, – подает голос мистер Фрэйзер.
Я осторожно открываю один глаз и осматриваюсь. Вроде, никто надо мной не угорает, если не считать самого Брэндона, который смотрит на меня с веселой улыбкой и препода, который ставит нам оценки в журнале.
— А почему четверкаа? – осторожно спрашиваю его я.
— Потому что настоящий мистер Олридж косоглазием не страдает, – отзывается мистер Фрейзер, откладывая в сторону журнал, – А теперь, возвращайтесь на свои места, продолжим занятия..
* * *
Хоть меня еще некоторое время потрясывает после урока мистера Фрейзера, но его занятие окончательно заставляет меня успокоиться. Похоже, я слишком сильно себя накрутила и нужно просто успокоиться.