Страница 67 из 71
мужей, видимо уже предвкушая, как будет выбивать из них правду после сегодняшней ночи. А
может, и еще что предвкушая, даже знать не хочу что.
— Да, — кивнула, а затем якобы только что заметила в своих руках ножик. — Ой, — шумно
вздохнула, слегка растерянно посмотрев на предмет, панически обдумывая, что дальше.
В голове лихорадочно проносились все эти дурацкие стишки, попытки доказать мне, что я могу,
обман… Вся моя жизнь проносилась перед глазами, но главное, я почему-то вспоминала слова
бабушки: «Кто не рискует, тот не пьет шампанского, Лера. Придет время — просто рискни и
сделай это. Иногда само мироздание стремится помочь тебе во всем, и пока ты отвергаешь эту
помощь — все будет идти кувырком. Так что просто рискни…»
И я просто рискнула, делая последний шаг до Лиркана и вспомнив все, чему меня учили на
курсе самообороны, — его когда-то мне подарил Андрей, потому что я слишком любила ходить
через парк вечером, — стукнула этого недокороля по болевой точке на шее, тут же пользуясь
моментом и поддерживая его вес, приставляя нож к его горлу.
Казалось, время замерло. Гвардия, аристократы, почти женатые драконы из Ордена Розы — все
замерли… А я…
— Весело у вас тут и конкурсы интересные, — улыбнулась слегка безумно, ощущая, что творю
полную дичь, но остановиться уже не могу. — Еще шаг, — предупредила решивших все же
дернуться стражниками, — и я зарежу вашего короля!
Неважно, что нож тупой, главное, все его видели в моей руке, знают, что это нож, а
остальное уже додумают. Я ж не говорила, что он десертный. А по нему так с порога и не
видно. Нож и нож. Разве что небольшой.
Казалось, время замерло. Так… и что дальше? Тело в моих руках затрепыхалось. Черт! Я знала,
что вырубила его ненадолго. Это только в фильмах можно стукнуть по шее, и противник в
нокауте — в жизни так не бывает. Тут только легкая дезориентация от боли наступает. А
потому… сдавила еще одну болевую точку, заставив эту сволочь тихо зашипеть сквозь зубы. Но
хоть дёргаться перестал. А то напорется на тупой ножик, сообразит, что он не навредит.
— Что там дальше, по плану? — посмотрела на ошалевшего от моего поступка Оринеля. — Давай,
руководи уже.
Тот тут же вскочил на ноги, так как до этого все еще оставался на коленях, подыгрывая мне в
театре абсурда.
— Тебе надо на трон! Срочно!
— Я так и знал! — завизжал король, словно поросюшка, отчего пришлось сильнее сдавить еще
одну точку, раз он такой резвый и борзый.
— Веди, где там этот ваш трон… — Вот уж никогда не мнила себя маньяком-убийцей. — А ты
шевелись, или прирежу!
В зале тут же поднялся гвалт. Но, что странно, никто из приглашенных гостей даже не
дернулся помочь своему монарху. Неужели так достал? Даже гвардия, и та предпочитала
оставаться в стороне.
Словами не описать мою благодарность, что трон оказался тут же.
— Ты должна снять с него корону! — подсказал Джонель, словно бы даже набравшись сил и
выпрямившись, подходя поближе.
Корону? Глянула на голову Лиркана. Не было на нем никакой короны.
— Это артефакт, скорее! — поторапливал меня Оринель, словно я из себя тут специально
дурочку строю и торможу. Проклятье… Неужели она действительно есть?
Для того, чтобы понять это, пришлось отпустить зажатую болевую точку и пощупать голову этот
придурка, корона… А тот возьми и как дернись, резким движением зарядив мне локтем в живот и
перегруппировываясь так, чтобы следом ударить кулаком в солнечное сплетение.
Я словно в замедленной съемке наблюдала, как ко мне летит кулак, покрытый драконьей чешуей,
и понимала, что после такого удара не выжить — он банально переломает мне все ребра, а
потому, практически не задумываясь, выставила вперед руку с ножом, останавливая это
движение. И я могу поклясться, именно на тот миг, что нож коснулся кожи Лиркана, он стал
острым, словно бритва. Я не понимала, не хотела, но…
В ужасе смотрела на кровь, капающую по моим рукам, попадающую на корону, ступени, ведущие к
трону, мое белое платье…
А в голове образовывались строчки того стихотворения, которое я посчитала насмешкой.
В тот день, когда луна закроет солнца диск,
Войдут на Землю кот и пес.
Найдут наследницу и обелиск,
И совершится перенос.
Сколь променяв покой на риск,
Дракон наследницы возрос.
Но будет благодати брызг.
Богиня пусть подарит грез.
Минуя битвы и клинки,
Пройдут лишь трое сквозь тиски.
Зеркальный шут запущен в бал.
Корона кровью смоет зал.
Корона, кровь… Зеркальный шут — это, наверное, сам король, ведь мне он показался не совсем
вменяемым, и развлечения у него неадекватны. И трое… Мы ведь действительно трое простив всех
— я, Оринель и Джонель. Все остальные стояли. И пусть и не вмешивались, но…
Минуя битвы и клинки… а ведь и правда. Не было ничего. Просто бал и просто… кровь и корона.
В ужасе смотрела, как кровь собирается в небольшую лужу у меня в ногах.
— Тебе нужно сесть на трон! — Оринель подошел ближе, забирая у меня из рук перепачканный
кровью символ власти.
— Скорее! И скинь иллюзию, — поторопил меня Джонель.
И я послушалась, отпуская руку с ножом, отчего кровь полилась лишь быстрее, а в зале
начался переполох.
— Сюда!
Села, ощущая, как по всему телу проходит мертвенный холод каменюки под задницей.
— Король мертв! — громко произнес Оринель, поднимая корону над моей головой. — Да
здравствует королева!
Сглотнула, ощущая, как кровь струится по моим вискам, глядя просто перед собой и не видя
ничего вокруг.
Мир для меня замедлился, покрылся темной пеленой совершённого. Все внутри перевернулось, а
затем… Луч солнца вдруг пробился прямо сквозь неплотно прикрытые гардины одной из стен и
осветил сначала мое лицо, а затем символ власти.
В зале воцарилась гробовая тишина. Я в шоке замерла, резко вернувшись в сознание и глядя на
свои руки, с которых медленно, но верно испарялась кровь. Сильно запахло розами, и сверху
посыпались лепестки.
Что? Как?..
— Боги одобрили… — зашептали в зале, и стража бросила оружие, вставая на одно колено,
кланяясь, словно это все моя заслуга, а мертвого короля под моими ногами нет.
— Королева… — шептали и другие, тоже падая ниц.