Тайна ордена розы

Глава 23

Смотреть на бледного Джонеля было страшно. Казалось, даже его яркая рыжина и веснушки

поблекли, практически сравнявшись с тоном кожи. Я никак не могла поверить, что он

пожертвовал собой, спасая мою жизнь. Понимаю, что, возможно, я для них символ надежды на

лучшее, но все же… Способность подставить себя под удар ради блага других характеризует его

с совершенно иной стороны. И злиться на то, что поначалу он меня обманывал (а что греха

таить — хоть немного, но обида на эту ложь все же теплилась в душе), уже не получалось.

На глаза наворачивались слезы. Ведь благодаря местному храму я теперь знаю о жизни этого

мужчины больше, чем если бы он просто рассказывал про себя. Я прочувствовала его эмоции,

желания, практически всю его жизнь. Он был счастлив, когда их местная богиня откликнулась,

даруя нам любовь или что-то подобное. Он хотел нормальной семьи, детей… Фантазировал, как

будет летать по небу не один, как будет хорошим мужем, искренне мечтал о детях.

Прозрачная соленая капелька все же скатилась на подбородок, но я быстро ее вытерла.

— Спасибо тебе, — тихо сказала, касаясь слегка прохладной руки огненного мага. Хотя он

говорил, что дар универсален, но все же я больше ассоциировала его рыжину именно с огнем.

Стереотипы, наверное. И теперь, когда от него не исходит тот сияющий, ослепительный свет и

жар, мне было даже как-то неуютно и непривычно. Для меня он горел, как солнышко, с самого

первого дня. И пусть я вначале склонялась к темноволосому магу, но лишь потому, что рыжие

действительно никогда не были моим интересом. Я просто не представляла себя, бледную моль,

рядом с таким ярким мужчиной. Казалось, я могу потеряться на его фоне, сгореть как бабочка у

огня.

Котяра, лежавший в ногах у мужчины, поднялся и проследовал по телу своего хозяина до меня,

ткнувшись горячим влажным носом в лицо, словно выказывая поддержку.

Зарылась пальцами в рыжий мех. Если раньше я бы никогда не стала трогать котяру сначала

из-за боязни аллергии, а потом из-за природной нелюбознательности, то теперь была рада этой

безмолвной поддержке.

— Я обещаю, что сделаю все, чтобы ты не пожалел о своем героизме, — всхлипнула, прикусывая

губу, пропитывая меховушку слезами.

Оказывается, вот так вот сидеть у кровати больного — весьма нервно. Уронила голову на

скрещенные руки, на мгновение прикрывая глаза и борясь с подступающей истерикой.

— Поправляйся, Жон, я жду тебя. Тебе еще джинсы новые мне покупать, помнишь? — тихо сказала

ерунду, ощущая себя несчастной и разбитой, и встала, тут же выходя за дверь.

Прислонилась спиной к закрытой створке. О ноги потерся Уголек, тихо поскуливая, словно

привлекая к себе внимание.

Заглянула в умные глаза собаки. И как я когда-то могла перепутать его с обычным животным?

— Я принес одежду. — Тихий голос сбоку заставил подпрыгнуть от неожиданности.

Сердце забилось сильнее от испуга, но это был всего лишь Дин. Я в этом мире скоро совсем

истеричкой стану.

— Вы зачем так подкрадываетесь? — тихо возмутилась, прижимая ладонь к груди, откуда чуть не

выскочило сердце.

Мужчина ничего не ответил, лишь передал мне в руки стопку ткани.

— Переодевайся — тебе пора выходить, если не хочешь опоздать на первый рабочий день.

Фыркнула, забирая одежду из рук дракона. Судя по его изучающему взгляду, я как минимум

должна начать заламывать руки по поводу того, что меня отправляют работать. Во всяком

случае, дракон всем своим видом выражал неуверенное удивление и любопытство, хоть и пытался

тщательно их замаскировать за грубоватой манерой разговора.

На самом деле он был интересным персонажем. Сомневаюсь, что, поведя столько лет во дворце,

он не был дамским угодником. Есть у него там жена или нет, физиологию это не отменяет. Тем

более, насколько я поняла, семьдесят лет жизни для дракона — не такая уж значимая цифра, и

семейное счастье для него уже давно покрылось пылью времени. По крайней мере, несчастным он

точно не выглядел. Скорее, слегка диковатым, привыкшим жить в одиночку и не зависеть ни от

чьего мнения. Избегает местного блистательного общества?

Платье служанки оказалось из грубой темной ткани. Но даже не это было самым страшным — тут

был чепец! Да-да, совсем такой, как показывали нам в фильмах про средневековье, куда

полагалось прятать волосы и все такое. И к слову сказать, он жутко дурнил.

Не то чтобы я была писаная красавица или как-то по-особенному трепетно следила за собой, но

все же настолько дурной предмет одежды даже я бы не надела в здравом уме. Но приходится…

Поправила складки платья, расправила жуткие рюши на чепце и мысленно пообещала себе

выдержать все это ради Джонеля. Он практически отдал свою жизнь за то, чтобы я стала

королевой. А ради меня еще никто ничего подобного не совершал.

Да что там, я раньше и вовсе считала весь этот рыцарский героизм чем-то выдуманным,

романтизированными сказками для наивных девочек. И со смертью до этого я так близко еще не

сталкивалась. Да, мои родные уже мертвы, но я не видела самого процесса и не знала, что это

бывает так. Когда сморишь на дорогое тебе существо и не можешь понять, что чувствуешь

сильнее — беспомощность или страх. Никогда не хочу этого больше испытывать. А значит,

придется бороться со страхами и обеспечить себе такую жизнь, чтобы меня и моих близких

больше даже не смели трогать. А это возможно только в том случае, если я буду иметь хоть

какую-то власть и силу в этом мире. Умирать-то не очень хочется в любом случае. А если я

буду сидеть на месте, жалеть себя и ждать, пока меня найдут, лучше не станет точно.

Спустилась на первый этаж, где меня ждал старый дракон.

— Что дальше? — Я показалась ему в новом одеянии.

— Сверх Оринеля проводит тебя во дворец. Я договорился там кое с кем. Тебе дадут работу без

лишних вопросов. Для всех ты — дальняя родня моей почившей жены. Валерия — слишком звучное

для этого мира имя, скорее аристократическое. А значит, будешь просто Варей.

Вот уж кем я никогда не мечтала быть, так это Варей, но спорить не буду. Это же не

навсегда.

— Во дворце твоя задача, помимо работы, — сбор информации. Присмотрись к аристократам,