Страница 18 из 71
— Эм… — зависла и тут же резонно всполошилась: — То есть вы выкинули мою любимую футболку,
джинсы и сапоги, которые я купила всего-то пару месяцев назад?!
Настроение резко испортилось. Вот же поганец! Это было такое сказочное утро, если не
считать нечищеных зубов и нечёсаной головы.
— Да, — бесстрастно улыбнулся драконище, за что я чуть не стукнула по его драконистой
голове.
— Давай еще раз уточним, — постаралась дышать ровно. Не заводись, Валерия, не заводись —
они не знали. Спокойно. Очень спокойно… — Вы выкинули мои сапоги за двадцать тысяч рублей?
— Да. Что-то не так? Они дороги как память? Но ведь они стерли тебе ноги до крови!
Нет, за волшебное лечение моих пяточек я безумно благодарна. Утром действительно ничего не
болело, но все равно!
— Как память? Да они просто дороги! — рыкнула.
Да, пусть они были страшноватые, зато теплые, что в наши суровые зимы в самый раз! Где
теперь деньги на новые возьму?! Я же их не на китайском рынке купила, а в нормальном
магазине, из натуральной кожи, с овечьим подкладом.
— Мы купим новые, — поджал губы мужчина, явно недовольный моей прижимистостью и бурной
реакцией (я, когда злюсь, всегда краснею как рак, бывший даже говорил, что словно молнии из
глаз мечу, так что мое недовольство должно быть видно издалека). А меня уже понесло.
Могли бы хоть спросить! Как можно выкидывать чужие вещи, даже не спросив?! Пусть старые, но
они удобные! И вообще, в текущих реалиях они — единственное, что оставалось у меня от
реального мира, а не этой их лесополосы недоделанной!
— Новые? Новые?! — рассвирепела я окончательно. — Свитер и джинсы, так понимаю, вы мне тоже
купите новые?!
— Да. Тем более в нашем мире женщины не носят мужских брюк.
Чего я никогда в жизни не терпела — это когда решали за меня, что можно оставлять, а что
выбрасывать. И уж тем более — что носить! Есть у меня такой пунктик. Да, я порой перегибала
палку, однако если кто-то говорил, что мне надо что-то выкинуть, старалась наизнанку
вывернуться, но доказать советчику, что это самая лучшая в мире вещь, и я буду вечно ходить
с ней в обнимку.
Доходило и до абсурда. Один раз я подобрала на улице металлическую крышечку от бутылки
(подумала, монетка, а оказалось, что ошиблась), а подруга возьми и ляпни, чтобы я выбросила
эту дрянь! Что потом началось… Я три часа доказывала ей, что пивная крышечка — это то, что
нужно в хозяйстве. Ею можно и посуду отмывать, если что-то присохнет, и использовать в
качестве массажа ног, наступая на нее, сделать прекрасные серьги… Тогда мне в голову пришло
столько применений крышечки, что подруга сама потом ходила и искала себе такую же.
Вот и сейчас мне настолько сильно хотелось доказать, что моя одежда — это едва ли не
последний оплот нравственности, что я едва себя сдерживала.
— Знаешь, что… — начала было, но меня резко перебил не вовремя вошедший в комнату рыжий.
— Я с хорошими новостями! — заявил он с порога, неся с собой какой-то сверток.
Оринель встрепенулся:
— Да?
Он явно обрадовался, что моя отповедь не состоялась, так что сейчас слишком внимательно
уставился на Джонеля.
Я шумно выдохнула уже набранный воздух из легких. Раздражение, что рвало душу, стало лишь
сильнее.
— Завтра утром из этой глухомани выезжает повозка в село покрупнее, на ярмарку. Мы
присоединимся. И я успел ввернуть то, что с нами поедет больная сестра. Типа заблудилась в
лесу, забыла себя и все такое.
— Роль больной сестры, так понимаю, играть мне? — уперла руки в боки, чувствуя, что еще
немного и взорвусь. Нет, это надо же! Да они бессмертные, похоже!
— Да, есть возражения?
Рыжий очаровательно улыбнулся, но на меня не подействовало. Вот если бы он это сделал на
полчасика раньше, до того как узнала, что мои вещи выкинули… А сейчас я зла как тысяча
шершней и готова убивать!
— Есть! — кивнула, еще стараясь держать себя в руках. — Первое — вы обещали мне все
объяснить, но пока я не услышала ни одного внятного слова. Второе — вы украли меня из моего
мира, перед этим подкинув своих кота и пса, на которых у меня, между прочим, аллергия!
Третье — вы выкинули мои вещи, а я ненавижу, когда мне указывают, что хранить, а что
выбрасывать!
По мере моего перечисления драконы синхронно кивали с серьезным видом, словно запоминая
каждую мою претензию. А я… я честно пыталась не истерить.
— Это все? — весьма озабоченно спросил рыжий.
Явно ведь издевался, гад!
— Нет! — ответила чисто из вредности. — Тащи свою рыжую меховушку — я знаю, что он со мной
ночью спал. Буду нервы успокаивать! А ты — пса! — ткнула пальцем в Рина. — Говорят, что
лабрадоры улучшают настроение. Такое утро испоганили! — возопила в воздух. — А еще мне нужна
елка, шампанское, салат, зубная щетка и паста, ах да, и одежду не забудьте!