Страница 11 из 71
Глава 6
Солнце ощутимо припекало, отчего в теплом свитере становилось жарковато. Да и под штанами
колготки, так что, чувствую, через полчаса вместо меня тут будет шашлычок на вертеле. Пташки
пели, задорно перескакивая с ветки на ветку, какой-то зверек копошился в траве, словно
совсем не боялся человека, — я видела его серую шубку. Листва шумела, создавая свой
особенный музыкальный ритм, а я все продолжала стоять столбом, глядя вокруг, прижимая к себе
кота и удерживая собаку за ошейник, не понимая, как я оказалась в лесу, если просто хотела
выйти из смотровой, чтобы обезопасить себя и врача от покушений моих приблудных животин.
Хм… а может быть, я просто надышалась каких-то галлюциногенных лекарств? Пока Олег Иванович
падал, он задел какие-то пробирки у себя на столе, и они разбились. Так может, в этом дело?
Или я просто не выдержала дороговизны ценника клиники, и мой мозг решил блаженно отключить
реальность? И теперь по мне плачет палата с мягкими стенами.
Переступила с ноги на ногу, пытаясь услышать хруст снега или на край – гул кафельной плитки
клиники, доказывающий, что это просто я сошла с ума, но вместо этого раздался глухой и
шуршащий звук, словно и правда стою по колено в траве. Мимо носа пролетел жутко большой
шмель, заставив меня испугаться —если такой укусит, почти наверняка ж оттяпает половину
руки. Это я утрирую, конечно, но у страха глаза велики.
Нет, вокруг красиво, но…
— Апчхи!
Шумно чихнула оттого, что из-за моего марша на месте в воздух взлетело облачко какой-то
пыльцы. Я случайно задела незнакомый синий цветок на высоком стебельке и теперь
расплачиваюсь. Кто ж знал, что он такой пыльный.
Кстати, я это что за звук? Где-то недалеко ручей?
— Добрый вечер, — сзади неожиданно раздался чей-то приятный голос, отчего я вздрогнула и
поспешно обернулась, встречаясь взглядом с самым офигенным мужиком в своей жизни. И рядом с
ним стоял еще один такой же.
Сглотнула, изумленно рассматривая людей. Они были одеты вовсе не в привычные мне джинсы или
брюки с футболкой, чего можно ждать от туристов, и даже не в шорты… А в какое-то дикое
средневековое нечто, больше подходящее к картинам эпохи ренессанса, когда все выпендривались
как могли. Мужчин вполне можно было бы перепутать — столь похожими казались их одежды, —
если бы не один немаловажный факт: у одного волосы рыжие длинные, а у второго — черные. И
вообще… Кого-то они мне слишком сильно напоминали. Только вот кого?! Я на сто процентов не
сомневалась, что раньше их не видела ни разу в жизни.
— Добрый, — промямлила, понимая, что пауза весьма затянулась, пока я их рассматривала,
сильнее прижимая к себе бедолагу кота, отчего тот аж зарычал и пришлось ослабить захват.
Мейн-кун!
В шоке посмотрела на хитрое лицо рыжего мужчины, только сейчас понимая, что почему-то он
мне сильно напоминает… кота! Рыжего! С этой его квадратной мордой и повышенной волосатостью.
— Может быть, вы прекратите так сжимать моего сверха? — почти что ласково обратился ко мне
этот индивид, будоража восхитительной хриплостью в голосе. Всегда имела слабость на красивые
мужские голоса — этого не отнимешь.
Легкая мурлыкающая хрипотца ему очень шла. А бас определенно напоминал вибрации котяры.
— Све… кого? — не поняла, даже не шевелясь, продолжая во все глаза рассматривать мужчин,
пытаясь найти в них отличия, кроме как во внешности, но одежда казалась идентичной — что-то
темное, с позолотой, слишком помпезное… для леса.
— Моего сверха. Кстати, сверха Оринеля вы вовсе скоро задушите.
Что-что сделаю? Задушу кого?
В мозгу что-то щелкнуло, и я в ужасе перевела взгляд на собакена, который и вправду уже
едва дышал от того, что я продолжала тянуть его за ошейник. Тут же отпустила руку, вместо
этого вцепляясь пальцами в рыжую шерсть мейн-куна.
Уголек шумно откашлялся и отбежал на три шага к черноволосому мужчине, укоризненно
посмотрев на дурную меня. Тот легко коснулся воздуха над головой лабрадора — животное
кивнуло, отвлекаясь от созерцания моей персоны, и просто растворилось в воздухе.
Я вновь вздрогнула, никак не ожидая подобного. Мама! Забери меня обратно!
— Прошу вас, не бойтесь, — решил вступить в разговор второй мужчина, около которого как раз
и исчезло животное, делая пару шагов поближе. — Мы не причиним вреда.
Хлопнула глазами, все еще не понимая, что я здесь делаю. Где больница. Где зима? И куда он
дел собаку?! Может быть, мне надо бежать от этого психа? А вдруг он и меня растворит? Хотя
мозгом я понимала, что физически это невозможно, но что-то же случилось с Угольком!
— Отпустите, пожалуйста, кота, — попробовал снова рыжий, но отдать этим странным типам
мейн-куна? А вдруг и он исчезнет?!
— Нет, — панически мотнула головой. Буду драться до последнего, но котяру не отдам! Мало ли
зачем он им понадобился.
— Почему? — заинтересовался черноволосый.
Не знаю почему, но от него неожиданно повеяло какой-то добротой, надежностью… Или я просто
дура доверчивая, но ему ответила честно, хотя желания приблизиться все еще не появилось. И
вообще, откуда это чувство доверия? Нет уж! Отогнала все непрошеные эмоции.
— Потому что боюсь за него. А вдруг он исчезнет, как и собака. А я вроде как… несу за них
ответственность.
Мужчины переглянулись, пока я пыталась понять, что делать дальше. Стоять друг напротив
друга до вечера — явно не выход. Но и что делать дальше, когда первый шок потихоньку
спадает, неизвестно.
Рыжий отступил чуть в сторону и его место занял темноволосый. Как там его обозвали?
Оринель? У нас, в России, сроду таких экзотических имен не водилось. Он иностранец? Поляк
или, может, латыш… Ох, сейчас не поймешь, кто есть кто, — все давно перемешались.
— А если мы пообещаем, что сверх никуда не денется. Вы отпустите?
Верить этим странным субъектам? Не думаю… Я вижу их в первый раз! Хотя, похоже, уже поздно
о чем-то говорить. Я уже выжила из ума, раз стою не в коридоре дорогой ветклиники, а в лесу.
Летнем.
Может, меня чем-то опоили, и я до лета в коме лежала? Хотя бред: вывозить меня потом в лес,
снова вручать животных и как-то умудриться разбудить стоя — это не каждому дано. Точнее,
вообще не дано. Никому.