Страница 57 из 58
Эпилог Выходной
Эпилог Выходной
Я проснулась оттого, что Гаррет пытался вытащить из-под меня руку.
Приподняла голову. Он осторожно пошевелил пальцами, поморщился, а я спросонья потянулась растереть ему запястье.
— Давно так лежишь?
— Уже немного жалею, что не разбудил тебя раньше.
Я подвинулась. За неплотно прикрытыми ставнями шумели листья. В обычные дни в это время я уже спускалась на кухню, но сегодня могла еще полежать.
Гаррет повернулся ко мне. Я разгладила ладонью след от подушки у него на щеке, потом поцеловала туда же.
— Теперь лучше?
Он обнял меня другой рукой и притянул ближе.
— Лучше. Только дай пальцам отойти, а то опять под тебя попадут.
Я рассмеялась ему в шею.
Мы поженились в марте, три месяца назад. Иногда я еще спотыкалась на слове «муж», особенно когда говорила с незнакомыми людьми. Дома оно давалось легче. Здесь я знала, куда он кладет чистые рубашки и почему открывает окно, даже если собирается через минуту спуститься вниз. Утром он любил свежий воздух. Я любила теплое одеяло и обычно дожидалась, пока он закроет окно, а уже потом вставала.
Я лежала рядом с ним, водила пальцем по краю наволочки и слушала, как за окном, у сквера, разговаривают две женщины.
— Мира с Оскаром обещали быть к девяти, — напомнила я. — До их прихода успеем позавтракать.
— Успеем, если встанем.
Гаррет поцеловал меня. Я положила ладонь ему на затылок и задержала возле себя еще немного.
Сегодня исполнялся год со свадьбы Миры. Они с Оскаром уезжали на несколько дней и собирались зайти перед дорогой. Вчера дочь специально попросила ничего не готовить: завтракать они будут у себя, а к нам заглянут совсем ненадолго.
Готовить я и не стала. Только зашла накануне в пекарню.
На кухне Гаррет развязал мешочек с хлебом и потянулся к одному из свертков, лежавших рядом.
— Эти с собой, — сказала я. — А другие для Миры. Ей с корицей, как она любит.
Он положил сверток обратно, но посмотрел на него с таким сожалением, что я улыбнулась.
— Если хочешь, возьми. Только на прогулке делиться своей булочкой не буду.
— Тогда подожду. Ты ведь еще не решила, сколько мы будем идти.
Я поставила перед ним тарелку и села завтракать.
После завтрака мы собирали сумку для прогулки. Гаррет хотел взять толстый плед, я достала легкое покрывало. Накануне весь день было жарко, и с утра через открытое окно уже тянуло теплым воздухом.
— У реки земля может быть сырой, — сказал он, расправляя плед. — Ты же сама хотела найти место подальше от трактира.
Я посмотрела на плед, на свое покрывало и согласилась:
— Давай толстый. Но тогда корзину не берем, только эту сумку. Устанем нести, еще до реки все съедим.
Мы сложили плед, хлеб, сыр и булочки. Гаррет нашел место для фляги с водой. Я проверила застежку, поставила сумку возле двери и ушла наверх одеваться.
Вишневое платье с Мириной свадьбы по-прежнему было мне впору. Я надела его, застегнулась и повернулась перед зеркалом. За год ткань стала мягче. Я часто носила его, особенно когда мы выбирались куда-нибудь вдвоем.
Я достала туфли, в которых могла долго ходить, и спустилась на стук в дверь.
Мира стояла на пороге с книгой под мышкой. Оскар держал дорожную сумку и пытался освободить руку, чтобы снять шляпу.
— Давайте сюда, — сказала я, забирая у него сумку. — И проходите, у нас чай еще горячий.
Я поставила сумку возле двери. Дочь обняла меня, отступила на шаг и улыбнулась.
— Ты в том самом платье. Мам, подожди, у тебя прядь за ворот попала.
Она осторожно освободила волосы. Я вспомнила, как перед ее свадьбой мы стояли у зеркала в мастерской, а Мира решала, какую мне сделать прическу. Сейчас я дала ей поправить еще что-то у виска, потом поцеловала в щеку.
— Спасибо. Поздравляю вас, мои хорошие.
Оскар наклонился ко мне, позволил обнять себя за плечи. Я отпустила его, и мы прошли на кухню.
Гаррет тоже поздравил обоих, пожал Оскару руку и обнял Миру.
— Мы только на полчаса, — предупредила дочь. — В половине одиннадцатого отходит экипаж. А там еще нужно уложить вещи.
— Значит, у нас есть полчаса, — сказала я и пошла за чашками.
Мира положила книгу на стол и двинулась следом, но я попросила ее пока сесть.
— Сначала скажи, дочитала ли. Ты в прошлый раз так ругалась на середину, что я уже собиралась забрать.
— Дочитала. И Оскару половину вслух. Он теперь знает о ней больше, чем хотел.
— Я до сих пор не понимаю, зачем она поехала обратно за письмом, — сказал Оскар, принимая чашку из моих рук. — Могла хотя бы дождаться утра.
— Тогда бы я тоже не стала читать дальше, — ответила Мира.
Они переглянулись. Я поставила на стол блюдо с булочками и села рядом с дочерью.
Дочь рассказывала о месте, куда они собирались. Они сняли комнату на три ночи у небольшого озера. Оттуда можно было дойти пешком до старой мельницы и дальше, вдоль берега, где росли высокие ивы.
— Я беру бумагу, — сказала Мира. — Хочу нарисовать мельницу, пока там еще светло.
Оскар улыбнулся, посмотрел на нее поверх чашки.
— А я хочу посмотреть, не дадут ли нам лодку. Мельницу можно и с воды увидеть.
— Только не уходи узнавать один. Я тоже хочу выбрать.
Я подлила дочери чаю. Рисунок с кувшином, который она принесла осенью, теперь висел над низкой полкой в общей комнате. Гаррет заказал для рисунка простую рамку вскоре после переезда. Мира давно обещала принести что-нибудь получше, но я пока не хотела ничего менять.
Я попросила показать и рисунки из новой поездки.
— Покажу, — сказала дочь. — Только сначала выберу те, на которые можно смотреть. А вы куда сегодня?
Я объяснила, что мы поедем к реке, а потом пройдемся по дальнему берегу. Экипаж был заказан к половине одиннадцатого, обратно нас должны были забрать к вечеру.
— В тот трактир? — спросила Мира.
— Может быть, зайдем. Но обед взяли с собой.
В первую осень, через несколько дней после переезда, мы действительно съездили туда, как и собирались. Дождь начался еще по дороге. Мы почти не гуляли, сидели за столом у окна, а Гаррет грел мои руки в своих и убеждал, что следующий выходной можно провести дома.
Я тогда согласилась. Потом было еще несколько поездок, но иногда мы и правда оставались дома: читали, спали после обеда, спорили, кому идти за хлебом. Сегодня мне хотелось пройти дальше моста. Я видела ту тропинку с другого берега и все собиралась узнать, куда она ведет.