Страница 2 из 58
— Я хотела быть ближе к дочери. Ты сама говорила, что ей это нужно.
— И поэтому спала с моим мужем?
Она посмотрела на Рейнара. Я ждала ответа, но он подошел к столу, закрыл лежавшую на нем папку и отодвинул к стене чернильницу.
— Нам всем сейчас трудно, — сказал он. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Но прошу тебя обойтись без сцены. В доме прислуга, и я не хочу, чтобы Мира узнала обо всем от посторонних.
При имени дочери я машинально оглянулась на дверь. Она оставалась открытой. За ней виднелась полоса ковра, край вазы и солнечное пятно на стене. Горничной в холле уже не было.
Я закрыла дверь, придерживая ручку, чтобы не хлопнуть.
Верена отошла от окна. Рейнар смотрел на меня так внимательно, что я вдруг узнала выражение его лица: с таким терпением он объяснял Мире, почему нельзя ехать за город верхом перед самой грозой. Он говорил так, словно я должна была успокоиться, выслушав его доводы.
— Пойми, мы не планировали, что так получится, — начал он. — После ее возвращения многое изменилось. Мы стали чаще видеться, разговаривать. У нас есть дочь, есть прошлое, которое невозможно просто вычеркнуть.
Я сжала лен в кулаке. Еще утром мы сидели за завтраком, и он рассеянно гладил мою руку, пока я рассказывала о поездке в лавку.
— Зачем ты мне все это говоришь? — спросила я. — Ты хочешь, чтобы я ушла?
Он помедлил, глядя на мои руки, потом поднял глаза.
— Я хочу, чтобы ты поняла. У нас с Вереной появилась возможность снова стать семьей.